— Мы же обещали не смотреть эту хрень, — возмутилась Лера. — Выключи! Выключи! Я не хочу портить впечатление от Серканчика вот этим, — она скривила лицо. — Ну у него же челюсть вперед. И сам… дрищ…
— Да, — Валя активно кивала. — И пальчики у него кривенькие. Мерзкие.
— И говорит, как в рот ваты набил.
— Полный антисекс!
Я ужинала вкусностями и краем уха слушала, как подруги полоскали актеров нового сериала. Все же пьяный трезвому не товарищ. Когда я дойду до их состояния, если дойду… девчонки, скорее всего, уже не смогут говорить.
— А героиня ми... миленькая, — постановила Лера.
— На флю… шлюшку Сапожникова похожа! — зарыдала Валя, замахиваясь пустым бокалом в телевизор.
— Эй! Эй! Рада, выключай, пока она не расколошматила плазму!
— Так пульт у нее, — прокричала я.
— Держи Вальку! — Лера щучкой нырнула за кресло. — Оп! И все! — она продемонстрировала пульт, лежа на спине и держа его, словно кубок. — Кажется, я ударилась спиной обо что-то.
— Это… это… это… гантели Са-а-аши, — заплакала Валя.
— Ну вот, пошли на третий круг, — Лера закатила глаза, поднимаясь и присаживаясь ближе к нашей подруге. — Может, спать пойдем? — предложила она. — Пойдем. Я с тобой лягу. А Радка на диване.
— Не, девочки, спать я буду у себя дома. Завтра подписание, а с утра еще нужно документы подготовить, — ответила я.
— Предательница! — фыркнула Лерка.
— Простите, правда, не могу остаться с ночевкой.
— А мы с тобой почти неделю жили, — Лера продолжала давить на совесть.
— Если завтра все пройдет гладко, с меня ужин в Речке, — пообещала я.
— Ладно, — согласилась Лера, изобразив задумчивость лишь для приличия. — Сразу говорю, я возьму краба.
— И я, — подала голос Валя.
— Договорились. Вызываю такси?
— Вызывай, — она махнула на меня рукой, растирая раскрасневшееся лицо. — Когда я еще поем крабов…
— Дружба с вами обходится мне слишком дорого, — я проворчала в спину девчонкам.
Такси подали через двадцать минут, за это время я успела внести правки. Утром еще раз все проверю.
Домой я входила с чувством выполненного долга. Смогла совместить работу и не обидела девчонок.
— Серкан, — позвала я, включая освещение в коридоре. — Красавчик, ты где? Странно… — я прислушалась. Из спальни доносилось радостное поскуливание и лай. — А как ты тут оказался? — спросила я у главного мужчины жизни, подхватывая его на руки. — Я же закрывала комнату. Точно закрывала. Серкан, ты научился открывать двери? — спросила, глядя в шоколадные глазки. — Ну, конечно, ты же у меня такой умничка, — поцеловала собачий лобик. — Спать идем? — чихуашик звонко тявкнул, оглушая меня и вырываясь. — Да боже мой, Серкан, ты с ума сошел? — я опустила его на пол. — Ну ты зверь! Зверь! Да что ты там увидел? — я вошла в гостиную и замерла. В дальнем углу комнаты из темноты поблескивали желтые глаза.
— Серканчик, — тихо позвала я, не отводя взгляда от угла, в котором возвышалась огромная тень. — Фу, Серкан, фу! — рявкнула я, не моргая. Пес сходил с ума, от его лая звенело в ушах. — Фу! — повторила я, не зная, как вести себя. Если у меня не галлюцинации, то в мою квартиру каким-то чудесным образом попал зверь. Собака или волк… — Волк, — выдохнула я, когда тень пришла в движение. И абсолютно точно живой волк, мертвые не переставляют свои мощные лапы и не дышат, как в жутких кошмарах. С хрипом и рычанием. — Серканчик! — воскликнула я, подхватывая пса на руки и прижимая к себе.
Сегодня я умру!.. Или от страха, или от зубов волка.
— Тише, — шептала я, медленно отступая к коридору. — Тише, — я не понимала, кого успокаивала. Себя, незваного гостя или истерящего песика.
Зверь сделал еще один шаг, и мои колени дрогнули.
Прыжок — и от нас с Серканчиком не останется мокрого места.
— Уходи! — я попыталась прогнать волка. — Уходи! Фу! — я как-то случайно наткнулась на видео, где мужчина прогоняет криком гризли и, не раздумывая, заверещала. — А-а-а!
Зверь на мгновение оторопел, потряс головой и клацнул зубами.
— Да бляха! — ругнулась я, вздрагивая, а по руках потекло что-то тепленькое. — Ну ты и Сережа, Серкан! — проворчала на описавшего пса.
Волк поднял морду, скривился, учуяв последствия страха моего собачонка. Фыркнул. Чихнул.
— Иди отсюда, — я протянула вонючую чихуашку, отгоняя зверя к распахнутой балконной двери. — Иди отсюда! Уходи! — я даже набралась смелости притопнуть. — Пошел вон! — но зверь вспомнил, что хозяин положения он, и одним прыжком преодолел расстояние, вынудив меня забиться в угол. — Мама! — я сжалась и зажмурила глаза. Серкан вывернулся и, поскуливая, сбежал, а мне осталась сидеть, ожидая скорейшей смерти.