— Кар-ра! — рыкнуло существо.
Вожак поднял голову наверх и утробно заревел. От гоблина потянуло какой-то дикой, необузданной силой. Казалось, я даже увидел нечто вроде красноватой ауры, окутавшей монстра.
Вожак гоблинов в едином порыве прорвался внутрь, разнеся остатки укрепленной двери. Хоть мои руки и дрожали, я встретил врага во всеоружии. Адреналин зашкаливал, так что о боли в ноге и не вспоминал даже. Крепко сжал клинок правой рукой, в левую же взял первое, что попалось под руку — табуретку.
Я знал, что бить надо сильно и резко, иначе клинок может соскочить. На гоблине висели какие-то шкуры, так что их еще пробить следовало. В едином порыве я нырнул вперед и всадил зачарованный клинок прямо в грудь монстра. Меч встретил серьезное сопротивление, но все-таки пронзил шкуры и кожу вожака гоблинов. Ушел вглубь прилично.
Враг же тем временем навалился на меня сверху, сбил, будто тягловый мул, и опустил каменный топор вниз, целя прямо в голову. Выставленная табуретка смягчила удар. Топор разнес сидушку в щепки. Остатки табуретки прилетели мне же по голове. Мы рухнули на пол фургона. Проклятый гоблин зажал меня сверху, сверкая алыми зенками. Размахнуться топором он больше не мог, я же клинок из груди тоже вытащить не сумел. Жаль, но мой удар пришелся не в жизненно важный орган, так что гоблин не помер на месте. А может, его от смерти оберегала красная аура. Такое ощущение, что вожак впал в неистовство и ярость. Он несся вперед, невзирая ни на какие раны.
Наступил критический момент. Топор чуть не опустился на мою голову во второй раз, однако внезапно неведомая сила отклонила оружие в сторону. А может, вожак гоблинов просто промахнулся. Все произошло так быстро, что я не придал данному нюансу значения.
Мы потеряли свое оружие и принялись бороться. К сожалению, Хоран не мог похвастать выдающейся физической мощью. Вожак гоблинов был меня тупо сильнее. Зеленые когтистые лапы сомкнулись на моей тонкой шее и принялись душить. Рядом сверкали алые зенки, полные первобытной ненависти и злобы. Я пытался нанести какой-то вред в ответ, однако ощущал себя котенком, прижатым к полу матерым волком.
Воздуха не хватало. Я отчаянно брыкался из последних сил, сделал попытку выдавить гоблину глаз, но все было тщетно. Сознание начало меркнуть. Темнота надвигалась. Да, тело мне досталось отвратное, однако умирать не хотелось. Как и любой зверь, я боролся за свое выживание всеми доступными средствами. Вот только силы оказались неравны.
— Умри, чел-о-век! — прорычал монстр, источая едкую злобу и свирепую, почти звериную ярость.
Когда уже тьма почти сомкнулась надо мной, серый клинок рассек воздух. Голова вожака отделилась от тела и рухнула на пол фургона. Меч же продолжил движение по инерции и остановился в считанных миллиметрах от моей шеи. Я успел заметить холодные зеленые глаза Лии, которая нависала над нами. Не знаю, случайно ли так произошло, или она действительно хотела перерезать и мне шею заодно, вот только ошейник ее остановил, но в любом случае я был благодарен за спасение из лап смерти.
Скрюченные пальцы гоблина сразу разжались, я судорожно вдохнул живительный воздух и закашлялся. А затем из перерезанных шейных сосудов на меня ливанул поток мерзкой, вонючей гоблинской крови. Зеленая жижа залила мне лицо, попала в рот и даже в нос.
— Тьфу, мать твою! — ругнулся я и сбросил с себя тяжелое тело вожака гоблинов.
— Мастер в порядке, — скупо осмотрела меня брюнетка. — Надо добить остальных.
Лия покинула хозяйский фургон. Я же еще некоторое время отплевывался и приводил себя в подобие порядка. Меня чуть не стошнило, когда я взглянул на мертвое тело вблизи. Ни разу в жизни не видел истерзанных трупов, пускай передо мной валялся и не человек. Мерзкое зрелище. Наверное, только благодаря Хорану мне и удалось сохранить самообладание. Мрадиш за свою жизнь насмотрелся всякой гадости, так что его кровищей, отсеченными головами и разбросанными внутренностями было не удивить. Не без труда я выдернул застрявший в груди клинок и осторожно выглянул через проем наружу. Двери более не существовало, как понятия.
Резня прекратилась. Эльфы оказывали срочную помощь пострадавшим: бинтовали раны и накладывали какую-то пахучую мазь. Ниуру получила несколько неглубоких резаных повреждений. Лия тоже обзавелась парой царапин. Одному из наших сопровождающих досталось серьезнее, но он должен выжить. Эта раса, если верить памяти Хорана, славилась своей живучестью, так что выкарабкается.
— Всех зачистили? — уточнил я, с опаской обозревая место побоища.