После сытного ужина тушеными овощами со змеятиной я занялся модернизацией Молниевого копья оранжевого ранга. Мы с Лейной залипли надолго. Я потратил ценный красно-оранжевый осколок, чтобы ускорить восполнение маны. Даже тренировку с Лией решил пропустить — настолько меня захватил процесс улучшения заклинания.
— Каравеллу мне в бухту, да почему мана течет по-иному на разных участках!
— Мана — дама капризная, как говорил мой наставник, — хихикнула Лейна. — Ее невозможно просчитать. Она живет по своим, никому не известным правилам. Хотя мне говорили, что архимаги могут настраивать отдельные участки печатей и доводить их почти до совершенства. Кажется, они составляют некие таинственные уравнения… Но нам далеко до мудрости великих, — печально вздохнула Эббот.
— Точно! — осенило вдруг меня. — Дифуры, колесницу мне в ангар!
— Диф… Уры? — склонила голову набок Лейна.
— Не забивай свою прелестную головку, милая. Считай это экзотическим фокусом…
Не самый любимый мой предмет в универе, но в целом определенные знания у меня остались. Давненько я не занимался высшими математическими дисциплинами. Для учебных рун применял простую тригонометрию, которая впрочем, для местных тоже являлась мудреной наукой. Здесь же сложность возрастала сразу на порядок. Ладно бы решить простой дифур с точными значениями. Здесь же все коэффициенты выходили дробными и неточными.
Я сразу принялся составлять уравнения или, если быть точным, систему уравнений. Печать работала в комплексе, поэтому для выведения идеальных заклинания требовался системный подход. Вот только все осложнялось тем фактом, что мне не слишком хорошо удавалось видеть магические потоки, так что я не мог составить его точные характеристики. Измерительных приборов как таковых не существовало. Приходилось прикидывать все на глаз, отчего погрешность выходила просто астрономической.
Я исписал кучу страниц, попортил массу отнюдь не дешевой бумаги. В процессе понял, что мне следовало найти более удобный способ проведения промежуточных расчетов. Пригодилось и уравнение движения потока жидкости, которое я худо-бедно переложил на магическую энергию.
Что касается Молниевого копья… Что ж, мне удалось с помощью очень грубых дифференциальных уравнений улучшить один из участков, но до совершенства все еще оставалось очень далеко. Печать успешно срабатывала примерно в девяносто пяти процентах случаев, что по словам Лейны — отличный результат. Помимо шансов после изменений повысилась итоговая мощность.
Шарахал разряд оранжевого ранга сильнее, нежели ученическое заклинание Лейны. В камне оставалось большое жженое пятно.
— Хрень полная, — поморщился я. — Но для первого раза сойдет, наверное.
— Как это? — круглыми глазами смотрела на мои тренировки Эббот. — Вы смогли просчитать заклинание? Но что значат все эти символы и закорючки? Я не понимаю!
Похоже, девчушку даже немного злило, что какой-то случайный торгаш знает секретную технику усиления печатей.
— Не принимай близко к сердцу, — махнул я рукой. — Просто тренировался в каллиграфии…
— Не может быть, чтобы во всех этих записях не было никакого смысла! Мастер, расскажите!
— Тебе еще предстоит многому научится, прежде чем постигать тайны мироздания, — заявил я умудрено и зевнул. — Лучше пойдем спать…
— Мастер, расскажите! — продолжала талдычить мелкая, бегая за мной с листами.
Но я не собирался преподавать ей все математические дисциплины, начиная с самых азов. Писал я на свой манер, поскольку так мне было удобнее, тогда как у местных были приняты иные символы. Те же арифметические знаки отличались по виду. Представив, какой гемор будет переучивать ребенка на иномирный манер, я сразу отбросил эту гиблую затею.
Тем более, не факт, что это вообще принесет какую-либо пользу. Я полагал, что смогу обеспечить себе настоящий прорыв в адаптации печатей под собственную энергию, но едва освоил несколько участков заклинания. В других частях узора мана текла по непонятным для меня принципам. Да еще и магическое зрение оставляло желать лучшего. Погрешность получалась космической. Наверное, методом тыка пока у меня могло получиться не хуже.
Хотя локальная неудача меня слегка расстроила, я все равно был рад, что сумел найти новый подход — некий ключ к разгадке над главным чародейским ребусом. Теперь мне есть над чем работать и есть к чему стремиться.