Наёмники сразу приступили к исполнению приказа. Схватив Сюзан и Кэти, они вытащили их в коридор и потащили к лифту. Оставшись один, Мартин выглянул в окно и посмотрел в сторону домов, так как оттуда больше не доносилось звуков боя.
— Он движется на крышу. — Раздался из рации голос наёмника из группы три. — Теперь ему некуда деться.
Мартин быстро схватил рацию и включил передачу.
— Вы кретины! Бегом за ним на крышу!
— Чего спешить? Он никуда оттуда не денется. — Возразил из рации голос наёмника.
— Ты идиот! — Зарычал в рацию Мартин. — Он по крышам прыгает как обезьяна.
Выключив рацию, Мартин спустился к входу в больницу, где его дожидались наёмники с Сюзан и Кэти.
— Что-то у них там тихо? — Произнёс один из наёмников, когда к ним подошёл Мартин.
— Скоро опять начнётся шум. — Недовольно прошипел Мартин.
— Значит, Бюр жив! — Обрадовалась Сюзан, с надеждой посмотрев на дом, где был сейчас охотник.
— Пока жив. — Прорычал Мартин. — Скоро ему настанет конец. И причиной этому, буду я.
— А может наоборот. — Злобно улыбнулась Сюзан. — Может это вам всем скоро будет конец.
Замычав, Мартин злобно взглянул на девушку и хотел уже ответить ей какой-нибудь грубостью, как к больнице подъехал лимузин Тенсила.
— Пошли. — Приказал всем Мартин, став спускаться по лестнице к лимузину.
Засунув в лимузин Сюзан и Кэти, Мартин посмотрел на двух наёмников и с презрением увидел, что те тоже собираются сесть в машину.
— Ваше место там. — Обозлился Мартин, показав наёмникам рукой в сторону домов. — Идите к остальным и займитесь тем, ради чего вас наняли.
Отправив наёмников, Мартин сел в лимузин, в котором помимо шофёра, Сюзан, Кэти и Тенсила находилось два телохранителя.
— Я не доволен тобой Мартин. — Прошипел Тенсил. — Почему ты не убил Бюра прямо в больнице? А теперь эти головорезы разносят весь город.
Мартину не понравилось, что Тенсил отчитывает его словно провинившегося школьника, но наёмник понимал, что его босс во всём прав. Мартин и сам был не доволен стрельбой и взрывами, и по-прежнему находился в недоумение, что не смог прикончить дикаря в больнице. Всё ведь так хорошо в начале складывалось, и успех был гарантирован. Но то, как быстро среагировал Бюр, застало всех врасплох, хотя всё должно было произойти наоборот.
— Чего молчишь? — Не унимался Тенсил. — Где же твоё хвалёное умение? Похоже ты уже не такой деловой, как раньше. Видать этот дикарь все мозги тебе отбил.
Терпение Мартина лопнуло. Одно дело выслушивать упрёк, против которого нечего было возразить, а другое дело, выслушивать насмешки, чего наёмник терпеть не собирался и никогда, никому не позволял делать.
— Не надо подталкивать меня к тому, чтобы я показал, на что я способен. — Угрожающе прорычал Мартин, сжав в руках автомат.
Сидящие возле Тенсила телохранители, потянулись за пистолетами.
— Прикажи своим болванам успокоиться. — Предупредил Мартин Тенсила. — Если бы я хотел, то давно бы нашпиговал их свинцом. Но я не собираюсь этого делать, так как моя цель дикарь. И я вам докажу, что я не просто болтун.
Тенсил дал знак телохранителям успокоиться, при этом его глаза злобно уставились в глаза наёмника.
— Я надеюсь, это не пустые слова Мартин. И в следующий раз, когда я тебя увижу, ты представишь мне в качестве подтверждения своих слов, труп дикаря. — В голосе Тенсила чувствовалась угроза, так что даже Мартину, который ничего не боялся, стало не по себе. — А что же ты, Сюзан? — Обратился Тенсил до сидящей напротив него учёной. — Стоило тебе остаться одной, как ты уже ведёшь милые беседы с нашим врагом, смерти которого ты хотела, как и я. Да. Не хорошо тебе обманывать меня. Зря ты это сделала. Но, как будущей жене, я прощаю тебя, на этот раз. Только на этот раз! Следующий раз, будет стоить жизни этой милой малютке.
Маньяк дотронулся пальцами до щеки Кэти, которая испугано, прижалась к Сюзан.
— Ты, слизняк! Не смей трогать мою племянницу! — Зашипела, рассвирепев Сюзан. — Иначе, сейчас я выцарапаю твои поганые глазки.
По виду девушки, Тенсил понял, что та не шутит, и поэтому быстро убрал руку от лица Кэти. Увидев капитуляцию Тенсила перед Сюзан, Мартин отвернулся к окну, при этом на его лице появилась презрительная ухмылка. Тенсил и сам понял, что совершил ошибку, испугавшись угрозы девушки, и проявил это при Мартине и своих телохранителях.
— Пока я тебе уступлю Сюзан, так как понимаю твои всплески агрессии. Но больше никаких уступок. — Своей речью Тенсил хотел восстановить свой пошатнувшийся авторитет. Но все теперь знали, что он обыкновенный трус, как и всякий негодяй.