— А если я не дождусь?! Они же меня сожрут!
— На. Держи! — собеседник, вытащив меч из ножен, протянул тот рукоятью вперёд. — Отрезать головы. Это любого не живой вода остановить!
Сашка дрожащими руками принял тяжёлое оружие и судорожно сглотнул слюну. Островитянин же, не став терять времени, действительно прытью убежал прочь. То ли действительно на помощь звать. То ли куда подальше от своей совести. Парень не знал. А потому постарался пару раз взмахнуть мечом. Удары выходили неловкими. Такими, как если бы он держал топор.
Между тем темнело на глазах. Мертвецы оживились. Теперь они осторожно выбегали на несколько планок вперёд, но, словно бы их как собак одёргивал хозяин, возвращались на место. Подбираться к ним Сашка не рисковал, хотя, может оно того бы и стоило. Он с надеждой ожидал подкрепления, хотя на такое скорое появление кого-либо рассчитывать не приходилось. Скорее всего, островитянину потребовалось бы часа полтора бежать со всей возможной скоростью, чтобы достигнуть Небесной Галереи. А ведь там тому предстояло и людей найти. И уговорить на подмогу идти. А те вряд ли бы передвигались с такой же быстротой. Да ещё и сборы. Так что помощь раньше полного заката не поспела бы.
И с каждой пройденной минутой угрюмая решимость переполняла Сашку с новой силой.
В какой-то миг Инге стало физически плохо от мысли о том, что кошмары остались бы с ней навсегда. Если те намеревались и дальше продолжаться, то тогда она точно не смогла бы нормально засыпать. В голове возник собственный несчастный вялый облик с синими опухшими веками, красноватыми глазами и нервно дрожащими конечностями. Видение показалось настолько жалким, что Инга даже всхлипнула.
— А ведь люди сюда отдохнуть ездят! — пожаловалась она и, осознавая, что так и до рыданий недалеко, постаралась успокоиться и с опаской подошла к зеркалу.
Отражение ни коим образом не походило на ночной кошмар, но и до обычной жизнерадостной Инги ему ещё было очень далеко. В эту ночь она поспала крайне мало, проснулась слишком рано, да и сон не принёс долгожданного умиротворённого отдыха. Однако ложиться в постель более не хотелось. Вовсе. Посчитав за лучшее выспаться уже на корабле (отплывшем как можно дальше от этого жуткого Острова!), девушка быстро собралась и вышла из гостиницы, чтобы зайти в крошечный ресторанчик напротив. По отзывам там подавали великолепный кофе. Однако время оказалось чересчур ранним, и на закрытой двери висела соответствующая табличка.
— Прямо-таки день неудач, — задумчиво и несколько раздражённо пробормотала самой себе под нос Инга. Такая малость как чашечка ароматного кофе, способная привести в более радужное состояние человека в её ситуации — оказалась недоступна. И это сделало ясное начинающееся утро хмурым.
Хотя жаловаться на природу и погоду совсем не следовало. Солнце пока находилось очень низко, придавая безоблачному небу розоватый оттенок зари. Нежные, ещё несколько неуверенные в своей силе лучи света мягко скользили по красной черепице крыш, настойчиво проникая сквозь узкие щели ставней. Они прогоняли ночные тени, путаясь среди роскошных крон деревьев и влажных от росы трав. И капли влаги сияли как драгоценные камни. Ранние птицы только просыпались и начинали привычную утреннюю трель, в которой вещали о невероятной красоте мира и могуществе жизни. У щеки Инги пролетел и первый жук. Остров пробуждался. Ещё совсем немного и по улочкам прошли бы первые прохожие.
— А, это вы! — сказал кто-то за спиной девушки и откашлялся.
Инга обернулась и увидела старого администратора, обычно стоявшего у стойки. В его волосах давно появилась седина, но легко угадывалось, что первоначально тот был обладателем густых чёрных волос. А ясные голубые глаза, прячущиеся среди сеточки морщин, сохранили живой взгляд.
Когда она выходила — его пост был пуст. Поэтому постоялица самостоятельно повесила ключ от номера на стенд. Всё равно возвращаться в комнату уже не планировалось.
— Уж думал, кто-то нехорошее задумал. В такое время то по улицам бродить.
— Простите, если напугала, — улыбнулась она старичку. — Проснулась рано. Хотела кофе выпить… А кафе закрыто.
— Ну, так возвращайтесь в гостиницу. Как раз себе этот интересный напиток готовить начал. Угощу вас, — он немного отошёл в сторону от проёма, как бы приглашая её. Отказываться было неудобно, да и не хотелось. Поэтому Инга вернулась в здание и вслед за старичком проследовала через таинственную дверь за стойкой.
За ней оказалась небольшая и очень уютная комната. Слева от входа у стены стоял высокий шкаф, за ним потрескавшийся от времени комод и узкая кровать. Над комодом висела картина. Настолько старая, что цвета сильно потускнели, и изображение скорее угадывалось, нежели восхищало взгляд. Сразу у кровати располагалось широкое раскрытое окно с тяжёлыми мрачными шторами. А напротив крошечная дровяная печка, предназначенная для подогрева или приготовления пищи, да маленький круглый деревянный столик, окружённый простыми, но вместе с тем и изящными стульчиками. Из старомодной обстановки выбивалась лишь подвесная полка, на которой гордо возлежал между двух потрёпанных местных кожаных книг серебристый современный ноутбук. По всей видимости, старичок здесь и жил.