— Займусь на днях, — донёсся до неё раздражённый голос старика, которого туристы даже ненадолго не желали оставить в покое.
— Было бы хорошо! — улыбнулась она ему, оборачиваясь.
— Так-то оно так, — печально вздохнул старый администратор и, объявив небольшой перерыв (благо появился сотрудник, которому он мог передать своё дело), подошёл к ней ближе. — Только сколько не перебирай, всё равно через пару дней снова скрипеть начинает. Нравится этой ступеньке так со мной воевать что ли?
— Наверное, раз она побеждает, — усмехнулась девушка.
— Побеждает тот, кто не даёт себе проиграть, — наставительно и гордо произнёс островитянин. — Пока никто не смирился с поражением, и каждый готов действовать — остаётся причина. Где есть причина — там и следствие. И так до бесконечности.
Её позабавил его серьёзный ответ. Инга даже приспустилась пониже, чтобы было приятнее продолжить разговор. Вредничающую ступеньку она старательно перешагнула и сказала:
— Бесконечность завершится, когда кто-то окажется мудрее и сильнее. Когда кто-то победит.
— В моих силах заменить всю лестницу! — звонко рассмеялся Арьнен, наслаждаясь собственным всемогуществом по данному вопросу. — Хотя не так уж и обязательно новую собирать. Поставить эскалатор или лифт тоже возможно. Но много ли тогда развлечений в жизни останется у старика?
— А если ступенька облагоразумится и перестанет скрипеть? — предложила свой вариант развития событий Инга.
— Значит, она нашла другой интерес и в чём-то стала значительно умнее. И проиграв в борьбе со мной, в ином выйдет победителем. Вот только что она предпочтёт — решать только ей самой.
— Мы так говорим, будто ступенька — живое существо! — в полной мере ощутила Инга бред, что они несли, и неприлично фыркнула.
— И гусеница однажды может стать бабочкой. Вот только она этого не осознаёт в отличие от пережившего обращение мотылька. И никто не может доказать ей, что это не только просто, но и неизбежно в чём-то. Однако их взаимоотношения, будь то борьба или дружба, выявляют для гусеницы превосходство бабочки. И это способно вызвать в червячке стремление стать чем-то иным, независимо от собственной веры.
— И причём здесь ступенька? — запуталась Инга.
— Разве не понимаешь? — улыбнулся старик. — Просто повод поговорить об истине, пониманию которой крайне сложно научить.
— Конечно, если облекать её в такие-то путаные слова! — едко заметила девушка и звонко рассмеялась.
— Вообще-то истина зачастую лежит за пределами того, что человек в состоянии выразить привычным путём. И уж тем более на это не способны ступенька или гусеница.
— И как же тогда её передавать кому-то?
— Это возможно. Достаточно вызвать стремление, желание. Пробудить внутреннюю суть действовать иначе.
— Звучит, как-то совсем непонятно, — созналась девушка.
— А вы ещё больше старика слушайте, девушка. Вообще бы заплутали в моих жизненных размышлениях! — радушно усмехнулся он и посоветовал. — Наслаждайтесь юностью. Это то, что уже никогда не вернётся так, как могло бы.
— Постараюсь, — ответила Инга и снова начала подниматься. Разговор оставил у неё некое странное чувство. Вот только она не могла объяснить какое. А потому отмахнулась от него, чтобы продолжить свою жизнь без таких тяжёлых раздумий.
Глава пятая
— Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее!
Номер встретил её тем же самым беспорядком, что она оставляла утром. Инга намеренно отказалась от обслуживания, чтобы ощущать себя комфортнее. Но после сегодняшнего разговора с Риэвиром о порабощающем хаосе обстановка начала раздражать. Она, словно позабыв о первоначальном желании отдохнуть, рьяно принялась за уборку. Вещи постепенно расположились друг на друге в дорожной сумке, а оставшиеся она аккуратно разложила в ящиках комода и на вешалках в шкафу. Затем убрала с полок всё лишнее в чемодан. Непостижимым образом всё, что придавало комнате уют и ассоциировалось с временной хозяйкой, скрылось из виду. Инга даже бережно поправила покрывало на большой кровати, чтобы разгладить последние складки.
Теперь номер стал совсем чужим. Каким и казался в самый первый день её приезда. И она здесь приходилась совсем не к месту.