Инга хлюпнула носом и поняла, что стоило бы высморкаться. Увы, никакого носового платка у неё с собой снова не было. Так что девушка осмотрелась по сторонам и заметила, что невысокое деревце чуть в стороне обладало весьма крупными и приятными на вид листьями.
Босиком, туфли обувать Инге пока так и не хотелось, она на цыпочках подбежала к облюбованной растительности. На серой шершавой коре просыпалась яркая оранжевая бабочка и вяло шевелила крыльями.
— Давай уже. Лети! — подбодрила ту девушка и слегка шаловливо задела кончиком пальца. Насекомое испугалось и тут же вспорхнуло. Инга проследила за её полётом. Тот оказался коротким. Бабочка почти сразу же села на начинающийся распускаться цветок и снова сложила крылышки.
— Вот лентяйка! — то ли обругала, то ли восхитилась вселенской мудростью столь крошечного существа девушка и сорвала крупный лист с дерева.
Тот оказался мягким, бархатистым, но тонковатым. Это её не испугало. Инга сорвала ещё один лист аналогичного размера, сложила их вместе, вытащила слизкие фильтры и с наслаждением высморкалась. Проснувшееся в полную силу обоняние заставило организм испытать чувство, схожее с блаженством. Она сжала листики и бросила под корни дерева с мысленным утешением о том, что материал этот натуральный и перегнил бы.
— Нет! — послышался знакомый смешливый, но вместе с тем возмущённый голос. — Её все ищут, а она спокойно прогуливается, да ещё и надругается над чужой природой! Девушка, ну как же так можно то, а?
— Ой! — воскликнула Инга, узнавая в говорившем Риэвира.
Парень, одетый во вчерашние грязноватые брюки вкупе с новой мятой футболкой, поверх которой была надета клетчатая рубашка явно с чужого плеча, стоял в центре арочных мостиков, облокачиваясь на перила. Он, видимо, подошёл к месту событий с другой стороны поляны, раз остался незамеченным ею.
Она густо покраснела, представляя, как выглядела со стороны с распущенными влажными красными волосами в зелёном кружевном бюстгальтере и полосатых жёлто-синих стрингах. Любовь к яркому нижнему белью проявилась во всей красе! И, как всегда, при самых «приятных» обстоятельствах.
…Цирк уехал, а клоуны остались!
— Что «ой»? — спросил Риэвир и уверенно начал спускаться к ней. Серые бессовестные глаза не отрывались ни на секунду от её фигуры.
На какой-то миг Инга растерялась, но быстро взяла в себя в руки и, подбежав к кустарнику, схватила платье, одновременно тайком вставляя фильтры и пытаясь скрыться за ветвями. Прежде чем приступить к надеванию так и не высохшей одежды она выглянула поверх листвы. Мужчина, несмотря на поспешное бегство дамы, продолжал идти к ней.
Даже нагло несколько ускорил шаг!
Это заставило её действовать быстрее. Увы, платье было вывернуто наизнанку. Так что процесс одевания не мог начаться незамедлительно.
— Рю! — грозно взвизгнула она.
— Что? — не понял сбитый с толку таким хрюканьем Риэвир.
— Стой там! — приказала она парню, вспомнив, что ещё оказывается умела и разговаривать, а не только играть в наперегонки да издавать невнятные звуки. — Мне надо одеться!
— А! Я-то уже думал, что ты опять куда-то убегаешь, — он облегчённо рассмеялся и, наконец-то, остановился. Даже вежливо отвернулся.
Инга же вывернула платье на лицевую сторону и, морщась, ибо то теперь было не только влажным, но и холодным, надела на себя. Ткань противно прилипла к коже, однако выбора как такового не имелось. Повязав пояс, девушка вышла из-за куста.
— Готово.
Риэвир обернулся, оглядел её с головы до ног, молча снял с себя рубашку и надел на неё, словно кутал ребёнка.
— Вот так-то лучше, — довольно сказал он.
— Спасибо!
Ткань оказалась утеплённой, а согретая чужим теплом — вдвойне приятнее и притягательнее.
Пусть уже не лесная дриада, а продрогшая селянка, зато как комфортно!
Правда, в таком виде стоять босиком всё равно казалось нелепо, и она всё-таки подошла к туфлям, чтобы обуть их.
— У тебя вещи по всей поляне разбежались, — прокомментировал наблюдательный Риэвир.