За четыре месяца мы еще трижды ходили к трассе и удачно проворачивали ограбление по отработанной схеме. Чаще грабить не рисковали, чтобы городские не открыли на нас охоту. Мы добыли теплую одежду и обувь, а в последний раз нам попались инструменты — пилы, топоры и прочее. Так что с их помощью Игорь сделал удобные столы, стулья и шкафы с кроватями. Матрасы и подушки мы сделали из сена, а одеяла сшила Мария из шкур убитых монстров, чьи атаки стали почти привычными.
Когда печки сложили и запаслись дровами, пришла пора ставить купол. Мы понимали, что с нашими Искрами он будет не таким прочным, как городской, но лучше такой, чем вообще без него.
Для купола нам понадобилось варить особые эликсиры. Елена строго следила за тем, чтобы мы с Ильей все делали правильно вплоть до последнего помешивания. Как я узнал от них, купола бывают разные, одни только защищают, другие могут дать отпор. Все зависит от вложенной в них магии. Мы взяли молнии от волков для того, чтобы электричество отпугивало, хитин жуков для прочности и паутину в качестве системы оповещения. К тому же небольшие монстры могли в ней запутаться.
Мы выпили эликсиры и из самого центра поляны пошли в разные стороны, плавно и равномерно выпуская магию. За нами растекался будто бы мыльный пузырь, а по ощущениям казалось, что мы растягиваем огромное плотно.
Когда мы дошли до назначенных точек на краях поляны, развернулись, положили камни-якоря и взмахнули руками — все синхронно, по отработанной до того схеме. Магия в этом мире тесно взаимодействовала с воображением, потому я представил, как полотно поднимается, растягивается еще больше, на три метра над крышами срубов, и застывает прочной и незримой защитой, через которую пройти могут только люди.
Мы долго думали над исключениями. Сначала хотели поставить что-то вроде калитки, о которой знаем только мы, чтобы вообще никто не смог пересечь купол. Но в итоге решили сделать защиту только от хищников, простых и магических. Это проще и купол получается сильнее. Конечно, стена была бы еще лучше, но мы еще не знали, насколько расширится наш поселок, потому поставили камни-якоря.
— Ну что, ставим сруб на будущее? — спросил Илья на следующий день, когда мы все отдохнули после установки купола.
— Да. Холода грядут. Если кого найдем, им надо будет где-то жить. А не найдем, так используем сами, — кивнул я.
— Главное, чтобы нас первыми не нашли. Охотники из Орла, — мрачно проворчал Игорь. — Да и под дождем мы строить ничего не будем.
Мы сидели на ступеньках его сруба и смотрели на еще недавно зеленую поляну, теперь усеянную желтыми листьями. Вокруг зеленели сосны, а от тех, что стали домами, остались пеньки. Игорь строгал что-то из чурбачка.
— Надо бы пни выкорчевать, а то поляна не поляна, — добавил он.
— Займемся, когда дождь прекратится, — пообещал я.
— А чем сейчас займемся? — спросил Илья.
— Эликсирами, друг мой. А как дождь стихнет, охотой, — усмехнулся я. — Ну и поищем других изгоев. Как я понял, не все умирают, как на то надеется совет.
— Где-то половина выживают, — согласился Игорь.
Потянулись скучные однообразные дни. Мы или сидели по домам, чтобы не мокнуть, или ходили на охоту и за дровами. Иногда мы набредали на остатки старых поселений. Деревянные дома давно сгнили, лес захватил поля и огороды. О том, что триста лет назад тут кто-то жил, говорили только остовы печей. Мы нашли даже подвалы и подполы, но там, конечно, ничего ценного не сохранилось — соленья стухли, зерно съели мыши. Илья смеха ради пытался найти клад, но какой клад у простых крестьян?
Из развлечений у нас осталось только избавление от пней. Но вскоре прибавилось еще и строительство бани. Мы быстро осознали, что в реке купаться с каждым днем все холоднее, а в тазике только грязь по телу размазывать.
Еще Алексей сводил меня и Илью к стоянке банды. Они расположились в лощине, устроили там землянки. Мы пришли как раз к моменту, когда бандиты отдыхали после очередного налета. Всего мы насчитали двадцать одного человека и по разговорам поняли, что это еще не все. Значит, их около трех-четерых десятков. И только мужчины возрастом от двадцати до пятидесяти лет.
Я заметил, что расселись они не у единого костра, а группками, и подобрался к одной из них. Мужики говорили о последнем налете. Из их слов я понял, что они не довольны действиями «стариков», слишком жестоко. Но и уйти они не могут — боятся не выжить самостоятельно, к тому же главарь может не отпустить живыми. Мы еще послушали и ушли, так и не замеченные.