— Я хотела остаться, но Вадим был прав — сильные маги справятся лучше. Хотя с каких это пор зеленые маги сильные? — нервно усмехнулась она. — Я пойду, Саш, тебе нужно отдыхать. Набираться сил. В деревне полно дел, а ты…
— Я все время думал о тебе, — повторил я настойчивее.
Как же давно я не объяснялся с девушками. В последнее время в своем мире не хватало времени на романтику. Я предпочитал очень простую схему: подсесть в баре, перекинуться парой слов и подняться в номер, чтобы утром разойтись навсегда и снова бежать по делам. С Леной так нельзя, она слишком молода, к тому же что-то там случилось перед ее изгнанием. Надо быть осторожным и не спугнуть ее. Мне очень не хотелось все портить.
— Ты все время был без сознания, — усмехнулась она и посмотрела мне в глаза. — И ты нравишься Нике. Она постоянно была рядом с тобой.
— Очень жаль ее, потому что мне нравишься ты, — тихо сказал я, радуясь, что черные точки исчезли.
Лена замерла. Она так пристально смотрела на меня, словно пыталась прочесть ответ на свой невысказанный вопрос у меня на лице.
— Нужно было побывать на грани смерти, чтобы понять это? — тихо спросила она.
— Я не знал, как подойти и сказать тебе это, — мягко поправил я ее. — Мы постоянно на виду, все время что-то делаем, куда-то спешим. Просто отвести тебя за угол — потом разговоров не оберешься. А я не хотел, чтобы о тебе судачили.
— А о тебе? — Она покраснела.
— А я что? Мужчинам это не так важно, — сказал я и увидел, как Лена покраснела еще сильнее.
Я потянул ее к себе. Она не стала сопротивляться и сама коснулась моих губ — смущенно и как-то неловко. Я положил руку ей на затылок и показал, как надо. От поцелуя бросило в жар. Но не тот, что жил в животе столько времени, а приятный, желанный.
Но вот он закончился и Лена поспешно выпрямилась. Ее щеки пылали маковым цветом, глаза блестели, дыхание сбилось. А я осознал, что улыбаюсь, широко и довольно.
— Тебе надо отдохнуть. Мне тоже, — смущенно произнесла она. — И Ника…
— Я не собираюсь бегать от неприятного разговора. Объяснюсь с ней, как только встану на ноги. Обещаю не ждать удобного случая — тут его быть не может.
Она кивнула и снова потянула свою руку из моей. В этот раз я не стал удерживать. Когда Лена ушла, я снова счастливо улыбнулся и мгновенно уснул.
Прошло еще два дня, прежде чем я смог подняться, как и предвещал Владимир. И еще два ушло на то, чтобы я смог передвигаться самостоятельно, а то даже поход в уборную становился величайшим подвигом. В эти дни друзья меня навещали, но о делах мы не говорили, потому что часто с ними приходил и Вадим. А вот Артема я не видел. И Ника не появлялась. Лена однажды осталась на ночь, но ничего не было, мы просто поцеловались и уснули в объятиях друг друга. Утром я проснулся один. Она не стала ничего объяснять при встрече, да я и сам понимал, что ей нужно время.
И вот я впервые за три недели вышел на улицу. Илья сопровождал меня на всякий случай. Солнце вовсю припекало, птицы орали как сумасшедшие. Отовсюду раздавался стук топоров и визг пил. Мы прогулялись по деревне. Новые дома росли как грибы после дождя — все согласно нашему с Игорем и Андреем плану. Вероятно, новый архитектор подкорректировал расположение домов, чтобы они стояли не как попало, а выстраивались в улицы. Это только логично.
Первым делом я попросил друга отвести меня в больницу. Из-за нападений раненых было много. В основном с рваными ранами и ожогами от молний или огня. Этак у нас скоро бойцов не останется. Я покачал головой и вышел.
Теперь пришла пора посмотреть на столовую.
Большой зал, ряды длинных столов и скамей. У левой стены стойка раздачи еды — деревянные подносы и столовые приборы. А дальше женщина и мужчина в белых фартуках, готовые накормить страждущих. Их я не знал. И пока они тут находились постоянно и еду выдавали в любое время, кроме ночи. Однажды Вадим начнет закручивать гайки и кормить будут строго по расписанию. Вопрос времени.
Я понимал, что делает Коновницын. Он делает людям хорошо и удобно здесь и сейчас. Но однажды его система начнет ломаться, а он не поймет, как это исправить. Вопрос заключался лишь в том, в каком статусе к этому моменту буду я. И буду ли вообще. Нужно подумать, что можно сделать. А пока посмотреть, чем и как тут кормят. Я взял поднос и подошел к парочке. Илья не стал вмешиваться и сел за один из столов.
— О, привет. А ты кто такой в такое неурочное время? Я тебя не припомню, — удивленно воскликнул мужик. На вид ему лет тридцать, лицо добродушно-нахальное. Он уже осознал свою власть над желудками жителей деревни и вовсю ей наслаждается.