— Дневник? — уточнил Гарт.
— Все трактаты по магии крови были изъяты короной, помнишь? — напомнила я, — Мне просто неоткуда больше было брать знания о том, что со мной происходит.
— Да, теперь мне стало понятней, — кивнул он, перехватывая мою руку и сплетая пальцы с моими. Всего на миг мне показалось, что метки вспыхнули сильнее.
— Бабушка Патриция описала подробно способы связать себя с магом, но все это было временно и ни про какие метки не говорилось точно, — я хмурилась и вглядывалась в наши руки, как в сложную загадку, — Думаю тогда еще у нее были какие-нибудь книги по магии крови. Она часто рассуждала в дневнике о том, что сработал или не сработал ритуал во время лечения тяжело больных.
— Чем бы это ни было, я не чувствую угрозы. Это не проклятие, а от связи с тобой я бы не отказался. Чувствовать тебя всегда и знать, что ты в безопасности. Спокойна или нет. Это дар.
— Звучит так, будто ты рад, — заметила я и позволила заправить пряди волос мне за ухо.
— Разве это плохо? — он пожал плечами и очень ловко подмял под себя, перекатившись и придавив своим весом к постели.
— Гарт! — окликнула я, понимая, что время и правда идёт, вот-вот придут стучать уже в четвёртый раз, а мы всё ещё в постели и если он не остановится, мы пропустим день собственной свадьбы, — Гарт, не...
Он не слушал, он запечатал мой рот своим и между раздвинутых под его весом ног толкнулась горячая плоть. Одним слитым плавным движением, выталкивающим из меня стон прямо в его рот.
— Не могу тобой насытиться, — рыкнул он мне на ухо, неумолимо толкаясь в меня так глубоко, так восхитительно хорошо.
Чувство, будто я съела солнце не покидало меня даже потом. Даже когда на теле не осталось ни одного признака былой близости.
Мне казалось, что даже долгие ароматные ванны не смогли смыть с меня его запах и ощущение рук.
Самые яркие воспоминания заставляли моё лицо заливаться теплом, а низ живота приятно ныть. Мне приходилось насильно одергивать себя от этих мыслей, от Гарта и напоминать, где нахожусь.
Обстановка в доме не давала, конечно, забыть о том, какой сегодня день. Слуги суетились, в доме было шумно, но я не чувствовала напряжения. Вся нервозность куда-то улетучилась, оставив лишь предвкушение, томительность ожидания и веру во что-то хорошее, новое.
Брак — это новая страница в жизни и мне было интересно, какой она будет.
Отсутствие раздражающей Лиры так же благотворно сказывалось на моём настроении. Я даже любопытства ради не поинтересовалась, какие указания Гарт дал водителю на её счёт.
Будущая свекровь так же не попадалась мне на глаза, и я не искала с ней встреч тоже. Мне банально было некогда. Девочки и модистка не выпускали меня из своих цепких заботливых ручонок, в которые я попала сразу, как только вырвалась из плена будущего супруга. К слову, о нём, Гарт вообще где-то пропадал. Никак снова в делах и работе... До чего же проще у мужчин отношение к мероприятиям и сборам. Проще и быстрее.
Я стояла, облачённая в белоснежное платье из нежнейших тканей и смотрела, скосив взгляд в окно, как со двора неспеша выезжают машины гостей. Всех их я увижу через какой-то всего-то час в самом центре города в самом большом храме Богини. Наверняка пышно и помпезно, но это едва ли трогало моё сердце. Как же сильно я хотела, чтобы Трэв сейчас был рядом. Отвёл меня к алтарю и передал мужу.
Часто заморгав, я не позволила ни одной слезинки испортить все старания девочек.
Закончив со шнуровкой, Лизи отступила в сторону, любуясь проделанной работой и, наверное, немного мной.
— До чего вы обворожительны, госпожа, — её восторженный голосок нарушил тишину, и Грета лишь кивнула, разбирая завал использованных косметических принадлежностей у трюмо.
— Спасибо, девочки, — искренне и немного смущенно отозвалась я, бросая взгляд на настенные часы и как по команде в дверь постучали, а после потянули за ручку и внутрь заглянул Марион.
С секунду разглядывал меня и присвистнул. Полагаю, высшая мера мужского одобрения. Я закатила глаза и с претензией поинтересовалась:
— Где мой жених?
— Решили следовать старым добрым традициям - Гарт ждёт в храме, госпожа, — отозвался Марион и подмигнул засмущавшейся Лизи, — Девочки, вы бы поторопились, нам еще все эти пышные прелести в салон утрамбовывать.
Может я немного и переборщила с пышностью шлейфа, но оно того стоило.
Коридоры впервые за три дня показались мне пустынными. Грета накинула на ходу на мои плечи меховую накидку из белого кролика, а Лизи протянула перчатки. Выбравшись на крыльцо, я на пару секунд замерла - на замёрзшую землю падали крупные снежинки. Если до этого снег и кружил в воздухе, то ветер не давал ему ложиться, тому маленькому и невнушительному количеству. Сейчас же снег был частый, тяжёлый, мокрый. Он быстро стелился в безветрии и перенимал сказочный оттенок жёлто-розового неба.