— Теперь вешайте свои портки на березу и шагайте по дороге.
Повесив кальсоны и рубахи на склонившиеся ветки, оба побрели назад.
— Лошадей-то хошь дозволь взять, — робко попросил один из них, но Кузя был непреклонен. Понимал, что если отдаст им коней, те могут съездить за ружьями.
Поднявшись из ложка, налетчики остановились, чувствуя себя на недосягаемом для выстрела расстоянии, закричали:
— Ну, ты, сопля, добился своего! Попадешься нам в руки! Мы тебя на веревки разрежем! Мы тя…
Кузька повернул Поганку в их сторону, сделал вид, что хочет догнать. Бандиты убежали в сосновую рощу.
Спрятав револьвер в дорожную сумку, Кузька спешился, поднял с колен перепуганную Дашу:
— Как ты? Тебя били? Что отняли?
Та, в отличие от вчерашнего нападения, была в адекватном состоянии: изумленными глазами смотрела на него, подбирая слова.
— Ты это как? Откуда у тебя?..
— Долго рассказывать. Давай быстро собираться, не дай Бог вернутся.
Даша стала собирать в сумки бумаги, разбросанные вещи. Он стал накидывать седло на лошадь Дарьи. Сразу почувствовал его тяжесть, удивленно спросил:
— Оно что, свинцовое?
— Это не мое. Тятя свое в дорогу предложил, сказал, что на нем удобнее ехать.
— Ишь ты, сказал… Навялил! — кое-как, с третьего раза натянув седло на место, ворчал Кузя. — Вот потому-то кобыла и спотыкается!
На бугре послышался шум. Из города в сторону Большой Ини двигалось несколько подвод. Когда они спустились в лог и поравнялись с ними, Кузька уже увязал дорожные сумки, помог Дарье сесть на лошадь, вскарабкался на Поганку сам и был готов отправиться в путь.
— Эй, парень! — обратился к нему огненно-рыжий дядька, что гнал первую телегу. — А штаны-то забыл!
— Это не мои.
— А чьи же? Кто портки оставил?
— Не знаю. Мы приехали, они висели.
— А кони? Кони тоже стояли?
— Да, и кони тут были. Не знаю ничего, — опустив глаза, угрюмо ответил Кузя и тронул Поганку. Даша последовала его примеру. Сзади возчики, переговариваясь друг с другом, гадали, кто мог оставить лошадей и кто их хозяин. Один из коногонов ощупал куртку, достал из подкладки нож и кастет. Со страхом подержав их, будто ожегся, бросил на землю. Перекрестившись, мужики погнали коней из Волчьего лога: поняли, чьи это лошади и вещи.
Долгое время Кузька и Дарья ехали молча. Он с восторгом, каким-то детским любопытством смотрел издалека на приближающийся город. Она, не ожидавшая от него такой храбрости и прыти, с удивлением смотрела ему в спину. Не доезжая до Минусинска, Дарья попросила ненадолго остановиться, заехала в сосняк. Он, от нечего делать, пока ее нет, достал из сумки револьвер, стал внимательно рассматривать, стараясь не нажимать на чуткий спусковой крючок. Заметил сбоку флажок, надавил на него: револьвер развалился пополам, обнажив воткнутые в барабан гильзы. Их было три и все с пробитыми капсюлями. Кузя похолодел: у него было всего три патрона, и он их выстрелил. Если бы бандиты знали это, он сейчас не сидел бы тут. Защелкнул пистолет в обычное положение, хотел убрать, но не успел. Из леса выехала Даша:
— Где ты взял эту штуковину?
— Какую такую штуковину? — попытался казаться простачком Кузька.
— Вот эту, которая бахает. Украл? — и уже строже: — У кого?! Ты же знаешь, что приисковым оружие иметь не положено!
— Ни у кого я не украл, — испугался Кузька, что Дарья расскажет кому надо, и его к тому же обличат в воровстве. — Глаза открой. Или ничего не помнишь?
— Что надо помнить? — удивилась она.
— Что вчера было. Я этот пестоль у того бандюгана взял, он у него из кармана выпал. Или не надо было брать? Пусть бы нас пристрелили?
Дарья молчала, глядя мимо него.
— Что, всем скажешь, что он у меня есть? Или мне его теперь выбросить? Так это сейчас, вон пруд, воды много, никто не найдет, — продолжал Кузя, намереваясь исполнить свое намерение.
— Да не прыгай ты, как телок перед ведром. Ничего я никому не скажу, — осадила она его. — Он нам, может, еще не раз пригодится. Да и вообще… это не мое дело. Я тебе и так благодарна за то, что два раза защитил. Спасибо!
— Да что там, — застеснялся от ее слов Кузька. — И другой бы также…
— Так да не так. У нас вон случай был, на мосту на Протоке. Молодая парочка гуляла вечером, уже свадьбу собирались делать. К ним подошли трое здоровенных парней, стали приставать. Жених-то со страху в штаны наложил и убежал, бросил невесту. — Дарья заразительно засмеялась. — А парни-то те оказались братьями невесты. Жениха хотели проверить на тонкость кишок.