Кор поднял мордочку к лицу Зан, заглядывая в ее глаза своими круглыми темно-фиолетовыми глазами, словно его тоже интересовал ответ на этот вопрос. Может ли ненависть пройти, просто исчезнуть? Такая, как у Кора, - существующая на уровне инстинктов? А вызванная такой причиной, как у нее? Зан поднялась с сухого ствола дерева, подхватив Кора на руки, и пошла вдоль по берегу, делая вид, что старательно вглядывается в воды залива в поисках кораблей адмирала. Она знает ответ. Она уже восемь лет, как знает его, Темные Боги свидетели!
Ледь тоже поднялся и пошел следом. Зан не слышала его шагов, опять совершенно бесшумных. Но она просто чувствовала, что он идет позади нее.
- Значит, оборотни остаются собой, даже принимая облик животного? - спросила она, не оборачиваясь, твердо уверенная, что Ледь ее прекрасно расслышит.
- Да, - судя по голосу, он шел прямо позади нее. И Зан вдруг захотелось увеличить это расстояние. - Конечно, Намо знал, что делает, когда нападал на тебя, если ты спрашиваешь об этом, - его голос звучал бы так, если бы он недовольно поморщился.
И мать Намо тоже знала, что делает, когда выводила своих котят на охоту на маленький караван на лесной дороге. Зан знала это. И те оборотни, что одного за другим убивали людей в ее деревне, ее отца, мать, сестер, - они тоже понимали, что они делают! И он еще спрашивает, можно ли перестать ненавидеть?! Нет. И мстить она тоже не прекратит.
- Ледь, а как давно ты замещаешь своего отца в Махейне?
Похоже, на этот раз ему все же надоели внезапные смены ею темы разговора, потому что он решил задаьб свой вопрос:
- А почему ты спрашиваешь?
Зан пожала плечами и обернулась на Ледя. Он теперь шел не сзади, а сбоку от нее. И она сомневалась: видел ли он ее жест.
- Всего пару лет, - ответил он. Значит, видел. - А до этого я почти десять лет прожил здесь, - значит, его не было в той деревне, которую его отец выбрал для своих развлечений. - Поместьем, как и сейчас, управлял Зуру, а отец хотел, чтобы он был моим наставником, - значит, хорошо, что ей не придется драться еще и с ним. Если ей, конечно, удастся этого избежать. Потому что тот, кого драться учил Зуру, будет очень серьезным противником. Как будто она рассчитывает, что его отец дерется намного хуже! Зан усмехнулась: как будто это имеет для нее какое-то значение?!
Воздух разорвал пронзительный птичий крик, донесшийся откуда-то со стороны поместья. Ледь вздрогнул и повернулся на звук. Все его тело мгновенно вытянулось в струнку, как у зверя, увидевшего добычу и приготовившегося к прыжку. И по выражению его лица Зан догадалась, что кричала отнюдь не птица.
- Это сигнал тревоги! - отозвался на ее мысли Ледь. - Но почему его подают от ворот?
- Адмирал решил напасть с суши, - тоном полу вопроса полу утверждения произнесла Зан. Сейчас она уже могла высказать свои предположения вслух.
- И все равно, почему от ворот?! Они не могли пройти незаметно мимо западного поста! - Ледь обернулся на Зан, словно спрашивая ее мнение, но она молчала, лишь стараясь, чтобы никаких эмоций не отразилось на ее лице. Ледь кивнул головой, очевидно, приняв какое-то решение - Идем!
Он сорвался с места и бегом бросился в сторону поместья. Зан последовала за ним, ссадив Кора на землю. Они находились довольно далеко от главного дома и от того места, где к пляжу спускалась удобная широкая лестница, но Ледь не собирался делать крюк. Он взобрался прямо по склону холма, придерживаясь рукой за низкий кустарник. Зан бежала за ним, стараясь не отставать. Песок и мелкие камешки, перемешанные с опавшей хвоей, осыпались из-под ног, заставляя поминутно оскальзываться. Очередной раз оступившись и только чудом повиснув на каком-то чахлом кустике, Зан выругалась сквозь зубы. А Ледь вдруг остановился и протянул ей руку. Зан недоуменно подняла на него глаза, взобралась на злополучный холм и побежала вперед.
Они неслись сквозь лес, безо всякой дороги, лишь огибая стволы деревьев. Ледь закинул руку за плечо и вытащил из ножен клинок. А Зан потребовалось еще несколько мгновений прежде, чем она различила крики. А потом между деревьев, далеко видимые в ночной темноте, полыхнули отсветы пламени. Ледь еще прибавил скорость. Теперь он несся огромными скачками, и Зан с трудом поспевала за ним. Мелькнула мысль отстать и отправиться туда, куда она собиралась с самого начала. Но Зан не знала, где они сейчас находятся, в какой стороне главный дом, и главное - куда уже успели добраться люди адмирала. Хотя последнее вполне можно было установить по доносившимся крикам.
Лес резко кончился. Деревья расступились, пропуская их, и они вывалились на дорогу. Только сейчас Зан смогла сориентироваться: это была та самая дорожка, что вела от ворот к главному дому. А полыхала караулка - небольшое помещение, выстроенное у ворот. Пираты Тайко-Сида уже побывали там. А сейчас они неслись к ним. Ледь поднял руку с мечом, принимая боевую стойку, и Зан тоже потянула клинки из ножен. Пираты, никак не меньше сотни человек, бежали к ним, размахивая обнаженным оружием и что-то крича, уже разгоряченные первым сопротивлением и, очевидно, первой пролившейся кровью. И сейчас уж точно было не время пытаться объяснить, что это она помогла им пробраться в поместье. Только драться. Вдвоем, потому что сейчас только они двое оказались на дороге между пиратами и главным домом.
"И где эти проклятые Темными Богами кошки?!" - ругнулась Зан: определенно, говорить о боярских гвардейцах "оборотень, принявший звериную ипостась" было слишком длинно. Она отступила на шаг от Ледя, давая и ему и себе больше места, и в следующее мгновение пираты налетели на них.
Зан шагнула вперед и в сторону, поднырнув под меч того, кого угораздило добежать до нее первым. Клинок в ее правой руке легко, почти не заметив сопротивления, вошел ему в живот, под ребра, выпуская наружу внутренности. Зан едва не застонала, ощутив такое до безумия знакомое ощущение: плоть встретилась с клинком, расступилась под ним, принимая его в себя. Мягкая человеческая кровь, твердые хрупкие кости. Она уже целый месяц не ощущала подобного. Этого горького, сладкого, тошнотворного в запахе теплой крови и человеческих внутренностей чувства! Как она могла жить без него? Кажется, она сегодня наверстает упущенное.
Зан локтем оттолкнула пирата от себя, высвобождая норлу. Изогнулась назад, пропуская над собой что-то свистнувшее стальное и смертоносное, поймала на левый клинок меч еще одного пирата, а ногой со всей силы врезала по коленной чашечке третьего. Мужчина завопил и пошатнулся, теряя равновесие, а Зан крутанулась на месте, одним ударом клинка снеся ему голову. Теперь обе половинки норлы были алыми от крови, и в ближайшее время Зан не собиралась давать им отдыха.
Клинки в ее руках мелькали, отбивая атаки сразу двух противников. Краем глаза она заметила какое-то движение сбоку от себя: еще один пират, решивший подобраться сзади и ударить по ногам. Зан взвилась в воздух, пропуская клинок под собой. Те противники, что были перед ней, тоже такого не ожидали. Зан не стала давать им времени опомниться. Клинки свистнули, проскальзывая между их мечами, находя плоть. Правый пират повалился навзничь, закатив глаза и выпуская из приоткрывшегося рта пузыри крови. С левым получилось не так удачно: клинок скользнул вдоль плеча, перерубив ему ключицу. Меч свой мужчина выронил, тщетно пытаясь зажать страшную рану, но остался стоять на ногах. Зан врезала ему в подбородок рукоятью норлы: ей было уже не до него.