Восемь лет назад в махейнской деревне, не в ее родной, в той, куда она забрела после многодневного блуждания по лесу, она сама вышла навстречу княжеским сборщикам дани, потому что чувствовала: только став рабыней, она получит шанс однажды найти своего Хозяина. Она стала рабыней, потому что она ненавидела его!
Она позволила продать себя и увезти в Догату, потому что узнала, что именно там его дом. Она должна была быть в одном городе с тем, кого ненавидела!
Она пять лет училась в догатской школе, старательно запоминая все, что могло ей помочь попасть в богатый дом - в дом боярина Родослава. Она должна была сделать это, потому что только так у нее появлялся шанс подобраться к нему на расстояние удара!
Она была гладиатором в годрумском цирке. Она убивала людей, потому что должна была научиться убивать оборотней, тех, кого ненавидела!
Весь последний месяц она была верным гвардейцем боярина Родослава, ожидая подходящего момента для удара. Она должна убить того, кого она ненавидит!
И если она не смогла, значит, она просто выучила еще не все уроки.
И в этом мире нет ничего, на что бы она не пошла ради своей ненависти! Если это поможет ей убить Хозяина. В том числе и принять сделанное ей предложение...
Нет, не от Родослава. От него она готова принять только смерть. Его или свою собственную. А жизнь предлагал ей совсем другой... оборотень.
Не больше пары часов прошло с того момента, как она сказала, что скорее умрет, чем примет это предложение. Ничего не изменилось. Она и сейчас думает точно так же. Только если Хозяин по-прежнему жив, ее смерть не принадлежит ей, точно так же, как никогда не принадлежала ее жизнь!
Она скорее умрет... Она не передумала. Но Хозяин должен умереть раньше! Это единственное, что ее волнует сейчас точно так же, как и все прошедшие восемь лет.
"Ты ведь знаешь, что другого выхода у меня нет?" - Зан смотрела на Кора, по-прежнему сидевшего возле ее ног. Он понимал, о чем она говорит, но не отвечал. Чего она ждала от него. Поддержки? Согласия?
Зверек попятился от нее, стараясь не угодить лапами в кровь на полу. Развернулся, опустившись на все четыре лапы, и выбежал из комнаты. Зан шагнула вслед за ним, но остановилась. Сегодняшней ночью они охотились вдвоем, но дальше он ничем не сможет ей помочь. Он, конечно, ненавидит оборотней, но для него было бы достаточно просто не связываться с ними. А ей нужно убить Хозяина.
А для этого нужно всего лишь стать сильнее.
"Она скорее умрет..." Темные Боги, она действительно предпочла бы умереть! Восемь лет назад она должна была остаться на той лесной поляне. Маленькая девочка Занила должна была умереть там, потому что жить только с одной целью - убить своего врага - это, кажется, уже слишком даже для Зан, прозванной Звон Стали!
Труп на пороге комнаты. Нужно перешагнуть через него, чтобы идти дальше. Если ты приняла решение, тебе его и выполнять. Ты можешь бесконечно повторять, что предпочла бы умереть. Только чтобы делать этот выбор, ты должна быть свободна, а для этого у тебя не должно быть больше того, кого ты называешь своим Хозяином!
"О чем ты задумалась, Зан Звон Стали? Тебя ведь учили в годрумском цирке: для раба цена свободы - его жизнь!"
Она шагнула в коридор, стараясь ни за что не зацепиться своей норлой. Что бы она ни чувствовала - не важно. Ее жизнь не имеет никакой ценности. Принять решение, стать сильнее, убить Хозяина. Все просто. А раз просто - иди! Теперь ты точно знаешь как, и ты убьешь Хозяина!
Ненависть бурлила в крови - цель, смысл и суть ее жизни! Она больше не ощущала боли в раненой руке. Только чувство, очень близкое к тому, что люди называют радостью.
Из дома Зан вышла той же дорогой, что несколько часов назад входила в него. По тем же коридорам, освещенным уже догорающими масляными лампами; мимо трупов, ничуть не изменивших своего положения; по-прежнему не встретив никого живого. Только сейчас она начала задумываться, что будет делать, если ей попадется кто-нибудь из гвардейцев или сам Родослав? Она напала на него; он победил ее, но оставил в живых и даже свободной. Может быть, побрезговав сам, он все же послал гвардейцев, чтобы они ее добили? Зан хмыкнула: если так, что-то они не слишком торопятся исполнить приказ своего Хозяина! Лучше бы поспешили, пока она снова не собралась с силами драться.
Зан вышла на крыльцо, обойдя выбитую дверь, посмотрела в сторону залива, пытаясь отыскать признаки приближающегося утра. Но небо по-прежнему было темным, значит, рассвет еще не скоро. Темнота и тишина. Если бы не выбитая дверь, валяющаяся позади Зан, можно было бы подумать, что все поместье мирно спит! Дверь, да еще семь трупов, мимо которых она прошла...
Зан начала спускаться по ступеням крыльца, но навстречу ей из глубокой тени под деревьями соткалась человеческая фигура. Зан подняла норлу в боевую стойку, приготовившись отразить нападение, заставив себя вспомнить, что левой рукой она владеет ничуть не хуже, чем правой. На крыльцо стремительно вбежал Ледь, казалось, даже не заметив ее воинственного вида. Его собственный меч был вложен в ножны - Зан видела крестовину с изящным навершием над плечом. А сам Ледь выглядел точно так же, как и когда она оставила его, - перепачканная в крови темная одежда, окончательно растрепавшиеся волосы, сияющие нечеловеческой темнотой глаза.
Он стремительно взбежал по ступеням, и Зан на минуту показалось, что он не остановится, а так и бросится к ней: то ли схватить преступницу, то ли просто прикоснуться, проверяя, что она жива! Зан не собиралась дожидаться. Она отступила на полшага назад, вскидывая норлу над головой. Ледь, кажется, все понял, потому что резко остановился меньше, чем в двух аммах от нее.
- Ты в порядке?
Зан смотрела на него, пытаясь понять, чего же ей все-таки следует ждать. Только вот прочитать что-либо во взгляде Ледя было ничуть не проще, чем в темных глазах его отца.
- Ты не узнаешь меня? - вдруг спросил он. Зан не поняла, чем был вызван этот вопрос. Почему-то если она молчит, люди начинают воспринимать это как-то странно. Да и не люди, похоже, тоже... Ледь снова не дождался ответа и продолжил. - Тебе некого больше бояться: людей адмирала не осталось в поместье!
- А где твой отец?
- Забрал большую часть гвардейцев и отправился в город захватывать дома и корабли адмирала, - Ледь хмыкнул, выражая свое отношение к действиям отца. - Если уж развязали войну, нужно ее выигрывать! - Зан показалось, что он цитирует чьи-то слова, возможно, даже самого Родослава.
- Он что-нибудь говорил обо мне? - поинтересовалась она, по-прежнему не спеша опускать норлу. А Ледь словно не замечал этого. Или, во всяком случае, делал вид, что не замечает. Так разговаривают с перепуганными детьми или животными...
- Сказал, что ты ранена, и велел тебе помочь, - он прикоснулся рукой ко лбу, словно этот жест мог что-то сказать Зан. - Может быть, ты все-таки опустишь свою норлу?!
Зан опустила. Чего же добивается Хозяин Родослав, если даже своему сыну не сказал, что этой ночью она напала на него?! Она что, по-прежнему верный боярский гвардеец?! Или Ледь просто обманывает ее - добивается, чтобы она потеряла бдительность, чтобы можно было разоружить ее и схватить? Она сейчас и с оружием-то не особенно опасна!