— Еще как будет, — Инга медленно кивнула, — у меня уровень архимагистра, Василий, но даже так мне пришлось приложить достаточно усилий, чтобы пробить его защиту. А ведь парень действовал по наитию, в этом я не сомневаюсь.
— М-да, тогда парня тем более нельзя терять, — Василий до хруста сжал кулаки, — нельзя, чтобы Бестужевы исчезли, особенно учитывая уровень парня. Ему ведь всего восемнадцать, точнее будет через неделю.
— Тебе всегда везло с самородками, — женщина пожала плечами, — и как у тебя так выходит?
— Сама знаешь, у этой удачи есть и обратная сторона, — император тут же помрачнел, — ладно, хватит лясы точить. Когда будет результат, скажешь, хорошо? — сказав это, император встал на ноги и быстро покинул комнату, оставив Ингу в одиночестве.
Женщина, которой давно стукнуло пятьдесят, усмехнулась и, проводив взглядом широкую спину Василия, потянулась к бутылке с вином и, налив себе полный бокал, залпом выпила содержимое.
Москва. Особняк Бестужева. Полтора часа спустя.
— Спасибо, Денис, — выйдя из машины, я потянулся, распрямляя затекшие мышцы.
Всю дорогу я спал как убитый, видимо, на борьбу с той странной женщиной я потратил большую часть своих сил. В теле чувствовалась странная слабость, но я не обратил на это внимания и направился в дом. У дверей меня встретил Василий, домоправитель смотрел на меня ожидающим взглядом.
— Благодарю тебя за костюм, Василий, — я усмехнулся, — за это ты первый узнаешь хорошую новость, — я достал из кармана тот самый свиток и, развернув его, показал домоправителю.
Василий быстро прошелся взглядом по тексту, после чего его лицо посветлело.
— Поздравляю, господин, — домоправитель широко улыбнулся, — это прекрасная новость, просто прекраснейшая!
— Согласен с тобой, — хмыкнув, я вошел в дом, — и по этому поводу я не отказался бы от хорошего обеда.
— Все почти готово, господин, — Василий покачал головой, — я словно чувствовал, что надо что-то такое устроить. Дайте мне десять минут, и стол будет накрыт.
— Как раз успею переодеться, — я кивнул, — что ж, тогда встречаемся тут через десять минут. И да, праздновать будем вместе, поэтому пригласи Евгения и Марину, ну и для себя тоже накрой, договорились?
— Как скажете, господин, — домоправитель склонил голову и быстрым шагом направился в сторону кухни, я же пошел на второй этаж.
Быстренько переодевшись, я погладил Белого, и мы уже вдвоем спустились обратно на первый этаж. Слуги еще накрывали стол, а я задумался о том, что же мне делать дальше. Пока что уезжать из столицы мне нельзя, как минимум на несколько дней придется задержаться, а значит, можно будет прогуляться до одного из местных очагов. И на этот раз я могу закрыть даже средний очаг, так сказать, повеселиться по полной. Решено, после обеда едем в очаг, в конце концов, не сидеть же мне дома, кому нужно, тот найдет, ха-ха.
Гостиница «Александр Первый».
— Анжелика, — Антуан вошел в комнату к девушке и уставился на нее строгим взглядом, — ты собираешься сегодня поехать к своему брату?
— Конечно, Антуан, — девушка медленно кивнула, тайком вытерев слезы, — дай мне двадцать минут, мне нужно привести себя в порядок.
— Хорошо, — тихо произнес мужчина, — не задерживайся, иначе я буду вынужден доложить об этом господину, поняла?
— Поняла, — Анжелика вздрогнула, часто-часто закивала, после чего кинулась к сумке с косметикой, Антуан же сел в кресло и уставился на нее тяжелым, немигающим взглядом.
Двадцать минут спустя.
— Запомни, девочка, сегодня твоя задача проста, ты должна добиться того, чтобы парень принял тебя, хотя бы ненадолго, — мужчина усмехнулся, — он тебе не верит, что логично, однако родство признал, а это уже хорошо. Постарайся стать ему если не сестрой, то хотя бы подругой, поняла?
— Поняла, Антуан, — Анжелика медленно кивнула, — я постараюсь сделать всё, что в моих силах.
— Постарайся, девочка, постарайся, — Антуан хмыкнул, — иначе мне придется тебя мотивировать. Ты ведь не хочешь этого?
Анжелика ничего не ответила, лишь покрепче сжала свои небольшие женские кулаки. Ненависть уничтожала ее изнутри, но она держалась, держалась, потому что было ради кого держаться. Глядя в окно на проплывающие мимо пейзажи, она пыталась успокоиться, сейчас она ничего не может сделать, поэтому в злобе не было смысла.
Москва. Особняк Бестужева.