— Это хорошо, но мало, — подняв голову, дракон глянул на меня насмешливым взглядом огромных глаз, — нужно еще хотя бы еще столько же ядер, и тогда я смогу пойти с тобой.
Я задумался. Быстро добыть ледяные ядра возможно, но тогда мне придется дня два скакать по очагам. С другой стороны, если я заявлюсь в Рим на драконе, это точно даст мне возможность если не уничтожить, то здорово потрепать орден Библиотекарей. Н-да, нужно соглашаться, такой козырь лишним точно не будет.
— Хорошо, я добуду тебе еще ядер, — я усмехнулся, — посмотрим, на что способен страж севера.
— О, не переживай, человек, ты всё увидишь, — аура дракона накрыла меня с головой, и я с трудом удержался на ногах, все-таки разница в уровне была огромной, — я давно не воевал, это будет интересно!
Какое-то время спустя. Граница аномалии.
— Ну что, Белый, поехали домой, — открыв дверь волку, я улыбнулся и, сев за руль, завел внедорожник, а через минуту мы уже ехали в сторону Хладограда.
Можно было, конечно, купить ядра, денег у меня сейчас было достаточно, но это привлечет внимание ликвидаторов, а значит, и высших аристократов, что пока мне не надо. Мое графство еще не встало на ноги, а значит, не стоит показывать наличие денег и силы. Придет время, и все увидят мощь рода Бестужевых, но пока еще рано.
Хладоград.
— Господин, — Василий, как всегда, встретил меня, — подавать ужин?
— Через двадцать минут, — я сверился с часами, — всё было тихо в мое отсутствие?
— Конечно, господин, разве могло быть иначе? — домоправитель улыбнулся, — разве что Евгений ходил нервный, но он всегда нервничает, когда вы куда-то едете один. Очень ответственный человек.
— Согласен. Ладно, я быстро приму душ, потом спущусь к ужину, — хлопнув домоправителя по плечу, я направился на второй этаж.
Добравшись до комнаты, я скинул костюм ликвидатора и пошел в душ. Стоя под холодными струями, я обдумывал дальнейшие действия, и выходило, что я обязан дождаться еще одного нападения со стороны Библиотекарей, а оно будет, в этом нет никаких сомнений. Сделав это, я успокою Архивариуса, и только после этого можно нанести удар. Да, это будет правильно.
Рим. Королевский дворец. Поздний вечер.
— Ваше величество, — Архивариус коротко склонил голову перед королем, — вы хотели меня видеть, не так ли? — старик позволил себе слабую улыбку, — ваши люди очень доходчиво намекнули об этом одному из наших братьев.
— Да, я хотел тебя видеть, старик, — король встал и начал ходить из стороны в сторону, стараясь не смотреть на Архивариуса, — ты связался с русскими? Ты полез в империю?
— О чем вы, ваше величество? — старик покачал головой, — мои люди работают исключительно по заказу, у меня нет никаких политических амбиций, вам ли это не знать, — в этот момент глаза Архивариуса странно блеснули, — к чему этот допрос, ваше величество, разве мы не можем говорить как в старые добрые?
— Не можем, дядя, — тихо прошипел король, — когда ты ушел из рода, отец тебя отпустил, и имел на это полное право как тогдашний король, но теперь король я! И мне не нравится, что своими действиями ты можешь навлечь на нас гнев могущественной державы. Может быть, мне стоит взять тебя под стражу и отправить к русским в кандалах?
— Ты этого не сделаешь, племянник, — воздух вокруг старика начал крутится, а его аура распространилась по всему тронному залу, — или ты забыл, что я один из трех гранд-магистров королевства?
— Я всё помню, — король выстоял, но далось ему это с трудом, — в общем так, дядя, заканчивай, или мне придется это сделать за тебя. Я не хочу дразнить русских, ты меня понял?
— О, не переживайте, я закончу начатое дело, и на этом всё, — в голосе старика отчетливо звучала издевка, — всего хорошего, ваше величество, — после этих слов он открыл для себя портал с помощью одного из артефактов и ушел как ни в чем не бывало, а король в ярости сжимал кулаки. Ему потребовалось несколько минут, чтобы успокоится, и только после этого он пригласил Себастьяна.
— Мой король, — мужчина склонился в глубоком поклоне.
— Оставь, Себастьян, — Виктор отмахнулся, — скажи мне, ты сможешь передать через своих агентов послание русским?
— Смогу, — Себастьян мгновенно сориентировался и коротко кивнул, — в чем суть послания?