— А для этого нужно, чтобы Белый проиграл, — тихо прошептала она, прикрыв глаза.
Женщина уже видела картину, как за очень короткое время ее сила поднимается на абсолютно новый уровень и как она уничтожает остальных. Зачем править частью, если можно править всем, не так ли?
Москва. Императорский дворец.
— Ну, что скажешь, дядя? — Василий выключил телефон и уставился на Николая Николаевича вопросительным взглядом, — ты слышал слова Инги?
— А что говорить, государь, нужно готовиться к войне, — великий князь пожал плечами, — судя по всему, она полыхнет быстро и не в одном месте.
— У меня такие же мысли, — император медленно кивнул, — есть ощущение, что угроза пойдет со стороны поляков, которых, как всегда, начнут накачивать другие европейцы, или же со стороны Ближнего Востока. Персидское царство, дом Османов, Египетский султанат — вот наши вероятные противники.
— Ставлю на последних, — Николай Николаевич хмыкнул, — у них хотя бы есть повод для атаки, вы же недавно, государь, убили некроманта, а он был, на минуточку, не самым последним человеком в своем ордене.
— Тоже так думаю, — Василий оскалился, — да и эти твари могут погнать на нас орды своих бедняков. Они, конечно, будут плохо вооружены, про выучку я вообще молчу, но когда кого-то это останавливало? Завалят трупами южные крепости, а если прорвутся, то натворят таких бед, что и за десять лет не исправим.
— Может быть, пора собирать княжеский совет, государь? — великий князь вопросительно глянул на императора, на что тот отрицательно покачал головой.
— Рано, дядя, рано, — Василий тяжело вздохнул, — ты прекрасно знаешь наших князей, они начнут выкручивать нам руки, лишь бы получить как можно больше преференций, а в итоге мы получим очень, очень слабую помощь. Как по мне, проще принять первый удар на армию, и только после этого, если мы не справимся, обращаться к князьям. Да, понимаю, это будет выглядеть как слабость, а для того, чтобы этого не было, нужно сделать так, чтобы армия выполнила свою роль, — глаза императора сверкнули сталью, — в конце концов, не для этого мы каждый год тратим гигантские деньги, пришла пора отработать.
— А что насчет добровольцев? — деловито поинтересовался великий князь, — тот же Бестужев может пожелать поучаствовать в веселье. А вдруг у него получится привлечь еще и графа Суворова?
— Что, дядя, уже оценил перспективы? — император расхохотался, — надо думать, дядя, надо думать. Против добровольцев ничего не имею против, но это еще не всё. Ты же знаешь, война — это только начало, так что пора восстанавливать старые проекты, те, что начал еще отец перед своей смертью.
— Вы уверены, государь? — Николай Николаевич вздрогнул, — это не будет перебором?
— Я уверен, дядя, — Василий медленно кивнул, — начинай, благо все эти проекты под тобою. Я хочу получить от ИСБ максимальный результат, ты меня понял?
— Понял, государь, — великий князь глубоко поклонился, — это всё?
— Пока что да, — император кивнул, — и что там за дело с золотом, дядя, ты вроде из-за него ко мне пришел.
— Ах да, — Николай Николаевич спохватился и коротко рассказал про предложение Бестужева продать золото империи. Василий внимательно это выслушал и улыбнулся.
— До чего же шустрый, граф. Хорошо, так и быть, передай своему майору, что завтра к ним приедут гости из казначейства Петрограда. Если всё так, как он сказал, империя даст хорошую цену, золото никогда лишним не будет.
— Хорошо, государь, — великий князь еще раз поклонился и направился к выходу, а император взял в руки телефон и еще раз внимательно прослушал сообщение Инги.
А ведь он чувствовал, что что-то грядет, но никак не мог понять, в чем дело. Теперь же всё стало на свои места, теперь императору всё стало предельно понятно…
Хладоград, несколько часов спустя.
— Значит, завтра приедут люди из казначейства? — я задумчиво постучал по столу, глядя на Ветрова.
— Именно, — майор кивнул, — по крайней мере, так просил передать великий князь.
— Что ж, новость радостная, — я улыбнулся, — майор, у меня к тебе одно дело есть. Скажи, а что происходит с людьми из ИСБ, которые выходят в отставку? Куда они деваются?