— Поторопись, дядя, мне не нравится, когда в моей столице происходит такое, — в глазах императора промелькнула злость, — в твоих руках огромный аппарат сотрудников, используй их по назначению, но добудь мне доказательства, твердые доказательства, чтобы я смог отправить наглеца на плаху!
— Будет сделано, государь, — Николай Николаевич подскочил и склонился в глубоком поклоне.
— Сядь, — император отмахнулся, — лучше скажи, что там по Бестужеву, удалось узнать что-нибудь интересное о парне?
— Удалось, — великий князь облегченно выдохнул, с этим заданием императора удалось справиться куда быстрее, — он был в Петрограде и заезжал в гости к Гагарину.
— Вот как? — Василий удивленно хмыкнул, — неужели старый затворник решил вновь вступить в игру? Он ведь со времен моего отца в политике не участвует. И зачем наш дворянин ездил к нему?
— Когда Бестужев покинул дворец Гагарина, у него на пальце был новый перстень, — Николай Николаевич усмехнулся, — мне кажется, речь идет о родовой реликвии Бестужевых, она ведь была у Гагарина, если я не ошибаюсь.
— Не ошибаешься, — задумчиво произнес Василий, — очень интересно. Выходит, парень вернул себе перстень рода. Может быть, он у нас и на возвращение титула замахнется, что думаешь, дядя?
— Вряд ли, — Николай Николаевич отрицательно покачал головой, — его ведь сожрут с потрохами, одно дело быть дворянином Бестужевым, и совсем другое — графом. Если он получит титул, тебе придется вернуть ему деньги рода, но тогда все, кто имели зуб на Бестужевых, накинутся на него и разорвут на части. Один, без родовой гвардии, без сильных магов, я не дам ему и недели после получения титула.
— Возможно, — Василий медленно кивнул, — вот что, дядя, поставь-ка ты кого-нибудь, чтобы присмотрели за парнем, есть у меня ощущение, что он каким-то образом связан с Зубовым. Бестужев ведь конфликтовал с Островской младшей, ведь так?
— Ну, скорее с сыном барона Алмазова, но мы копнули чуть глубже, и удалось узнать, что именно девочка крутила Алмазовым, поэтому да, можно сказать, что Бестужев конфликтовал с ней.
— Вот и присмотри тогда за ним, — император усмехнулся, — парочки неприметных людишек будет достаточно, вряд ли парень пойдет бить морду Зубову. Хотя я бы на такое посмотрел, не скрою. Ладно, дядя, я тобой доволен, иди и работай дальше на благо империи.
Николай Николаевич вновь поклонился и покинул кабинет императора, радуясь, что на этот раз ему не пришлось прочувствовать на себе гнев императора.
Когда дверь за великим князем закрылась, император посмотрел на противоположную стену, и одна из панелей отошла в сторону, выпуская невысокого человека с максимально заурядной внешностью. Такого, если встретишь в толпе, то тут же забудешь, и только глаза выдавали в нем совсем не простого обывателя. Серого цвета, в них плескалась сталь, такой взгляд больше подходил матерому убийце, а не простому горожанину.
— Ты всё слышал, Боря?
— Да, государь, — тихо ответил мужчина, — какова моя задача?
— Присмотреть за Бестужевым уже по-серьезному, — задумчиво ответил император, — князь Зубов у нас тот еще фрукт, и он один из тех, кто помогал вассалам Бестужевых уничтожать своих господ, а значит, у него есть свой интерес во всей этой истории. Кстати, что-то удалось узнать касаемо наркотиков?
— Да, государь, — мужчина кивнул, — в основном эту дрянь продают богатеньким деткам, мы купили для экспериментов несколько пакетиков, и я могу сказать одно, государь, нужно выжигать эту гадость каленым железом. Она влияет на источники, пока мы не до конца разобрались как, но несколько наших подопытных уже сдохли от того, что их источники стали нестабильными. У аристо, конечно, магия покрепче будет, чем у простых людей, но если они будут принимать эту заразу на постоянной основе, рано или поздно результат будет тот же.
— Так вот что они задумали, — яростно прошипел Василий, — решили оставить меня без магов, сучьи дети! Вот что, Боря, как хочешь крутись, но найди мне главных в этой цепочке, я лично хочу оторвать ублюдкам головы, слышишь, Боря, лично!
— Сделаем, государь, — Борис вновь поклонился, — позволь приступить?
— Иди, Боря, иди, — Василий тяжело вздохнул, — а мне надо подумать…
Особняк Бестужевых. Несколько часов спустя.
Я наблюдал за тем, как строители копают котлован под фундамент будущей казармы, признаться, я не думал, что они настолько быстро будут работать. Однако эти ребята знали свое дело, используя магию и строительную технику, они двигались так быстро, что, скорее всего, казарма будет готова куда быстрее, чем за два дня. И теперь мне придется завтра потратить еще какую-то часть своих денег на покупку мебели и других мелочей, а ведь этих самых денег у меня осталось не так много, всего-то три миллиона рублей. Придется опять идти в очаги, вот только как все это совместить с учебой? Хорошо хоть от тренировок с Разумовским удалось избавится, пустая трата времени по сути.