- Очень любопытно, - задумчиво протянул Рауф, потерев подбородок. – А что мне мешает напасть на Хадар и свергнуть твоего отца, чтобы заполучить богатства тех земель? – хитро прищурился будущий король Альхены.
София расправила плечи и откинула пряди волос за спину. Девушка еще при жизни очень много читала и интересовалась политикой государств. Отец не запрещал ей обучаться. Если Дженна предпочитала заниматься вышиванием, то София пропадала часами в библиотеке. А теперь, когда графиня частично вспомнила свою жизнь, начали возвращаться и некоторые моменты, которые когда-то привлекли ее внимание. Странно только, что воспоминания о Ксандре были покрыты туманом. София точно знала, что очень любила этого мужчину, вот только былые чувства словно сидели под замком. А может, все дело в том, что она мертва? Поэтому больше не чувствует ускоренного биения сердца, не ощущает, как кровь несется по венам, обжигая. Или девушка ошиблась, поддалась иллюзии? Как же сложно! Хотелось полностью вспомнить прошлое, а не собирать его по осколкам.
Иштар улыбнулся, не ожидал он, что графиня затронет политическую тему в разговоре с принцем. Некромант был уверен, что Эмберг включит свое обаяние, начнет соблазнять Рауфа, флиртовать, чтобы подобраться к кольцу. А если она влюбится в будущего правителя Альхены или проснется любовь к бывшему жениху? Эти светлые души такие непредсказуемые! В таком случае управлять Эмберг станет намного сложнее. Санрогу почему-то было неприятно при мысли, что София всерьез положит глаз на отпрыска из семьи Дорфгон. Хотя, какое ему дело до девчонки? Она всего лишь пешка в его руках.
- Вы не нападете, потому что не являетесь королем Альхены, этими землями правит ваш отец, а он подписал мирный договор с моим отцом. А когда вы наденете корону, тоже не станете угрожать королевству Хадар, потому что знаете, что в таком случае жители уничтожат рудники, в которых нашли залежи драгоценных камней и металла. Ваши подданные не обучены добычи, не умеют строить шахты, поэтому останетесь без железа, а значит, в случае войны не сможете сделать дополнительное оружие. Перед вами не склонится народ Хадара, они не пойдут за вами, ведь до сих пор боятся правителя из королевства Манхир. Вы, кстати, граничите с этими землями, но так и не смогли присвоить их себе, - уверенно ответила графиня Эмберг. – Поэтому единственная возможность получить железо и драгоценности – наладить обмен, иначе начнем продавать свои богатства другим королям, что не запрещено условиями мирного договора с Альхеной.
Ксандр и Рауф от души рассмеялись.
- Милая, принцесса, вы перечитали сказок в детстве, - улыбнулся Рауф. – Королевства Манхир давно не существует. На карте действительно есть темное пятно, граничащее с Альхеной, но то болотистая местность, окутанная туманом. Туда жители не суются, потому что там нечего делать. Земли не плодородные, живности нет. И вы правы, я не стану нападать без причины на королевство Хадар. Ваш народ славится своим буйным нравом, поэтому я в курсе того, что металл и драгоценности будут спрятаны так, что никому не достанутся, а мне это невыгодно. В случае внезапной войны, нам придется отступать на вашу территорию. Там выгодная позиция: со всех сторон скалы, океан. И граничите вы лишь с нами и с королевством Вамар. Вот только правитель Вамара пьяница и большой должник. Возможно, это он хочет свергнуть вашего отца, чтобы добраться до залежей драгоценностей, чтобы рассчитаться с долгами, - предположил принц.
- Так вы поможете моему отцу? Снабдите его армию оружием и прочной броней в обмен на драгоценности и металл? Выделите солдат для защиты? – с надеждой спросила София, решив в полной мере выполнить миссию Лилии, которая должна была ценой своей свободы помочь своему народу.
Вот только Эмберг надеялась пойти другой тропой, ведь понимала, что брак Лилия уже не сможет заключить, так как давно мертва.
- Я подумаю, - серьезно проговорил Рауф. – Знаете, Лилия, ходили слухи о том, что вы любите ездить верхом, и обучены сражению на мечах, но я не верил. А сейчас, пообщавшись с вами, могу предположить, что народ не лжет. Отец действительно воспитал вас, как сына. Вы не краснеете в присутствии мужчин, не кокетничаете, не робеете перед королем. Я знал лишь одну такую бесстрашную особу, жаль, что бедняжку слишком рано забрала смерть.