- Привет, - улыбнулась я, протягивая ему кофе. – Это тебе.
Он взял кружку, не отрывая от меня удивленного взгляда.
- Ты что, больная? – возмущенно спросил Олег.
- И тебе пожалуйста! – съязвила я в ответ.
- Ты что, не видишь, какой ливень?
- Я вижу его уже целый день, поэтому и пожалела тебя, придурка!
- Следи за языком, - предупредил он. – Я благодарен, конечно, тебе за кофе, но это того не стоит.
Наверное, и ноги намочила, - сказал он, потянувшись к моим ступням, чтобы проверить.
Я оттолкнула его, ударив по руке, и отшатнулась в сторону.
- Тронешь меня - получишь в нос, - серьезно сказала я.
- Прости, меня убьют, если ты простудишься.
- Ноги сухие, мамочка, - подшутила я. – А папочке мы об этом не скажем!
- Это не смешно. Почему ты пришла?
- Ты говорил, что Давид сегодня приедет.
Олег опять тяжело вздохнул, поднимая глаза к небу, словно мысленно взмолившись. Видимо, я его уже порядком достала своим чрезмерным любопытством.
- Если я отвечу на этот вопрос, ты вернешься в квартиру, - поставил он условие, пытаясь договориться. Видимо, запомнил ситуацию возле клуба.
- Хорошо, - согласилась я, улыбнувшись.
- Давид в городе, но я не говорил, что он приедет к тебе. Могу даже с уверенностью сказать, что сегодня ты его точно не увидишь.
- Почему?
- Марш в квартиру! – прорычал Олег, одаривая меня убийственным взглядом, и я открыла дверь, чтобы уйти, обиженно посмотрев на него. – И как только он сможет тебя вытерпеть?! – услышала я напоследок его бормотание, в котором не было злости или осуждения. Я поняла, что эти слова сказаны по-доброму, просто он хочет сохранить имидж и казаться строгим и серьезным, но в действительности он ко мне хорошо относится.
Вообще, Олег – неплохой человек. С виду, конечно, сердитый, вечно серьезный и угрюмый. Я понимаю, что наверняка у него в жизни тоже есть своя история, которая и оставила свой след в виде шрама на лице, но на самом деле, думаю, он бы мог быть неплохим другом, братом, отцом или кому-то партнером. В нем есть черты защитника, человека, сильного духом, и эти качества необходимы мужчине. За эти пять дней, которые я почти никогда с ним не говорила, почему-то узнала о нем больше, чем о Давиде. Он просто кажется чуть более открытым.
А Давид… он не пускал меня к себе даже через зрительный контакт, закрываясь прочным панцирем, что не дает понять мне, каков он на самом деле. Он вечно все контролирует, держа ситуацию в своих руках. Несмотря на этот его контроль, мне все же удалось разглядеть в нем темноту, которая только и держит меня на расстоянии от него.
Мой вечер проходил скучно, и я провела его возле телевизора. Я приняла длительную горячую ванну, переоделась в ночной пеньюар и, пожелав бабушке спокойной ночи, скрылась в своей комнате.
Зайдя в комнату, я услышала шум, доносящийся с балкона. Поначалу подумала, что это дождь барабанит или град опять начался, но шум был такой, словно ко мне на балкон пробрался сам медведь. Медленно подойдя к окну, я отвела в сторону штору и увидела огромный мужской силуэт, скрытый во тьме. Как раз в этот момент молния ударила вдалеке, отчего появление этого силуэта навевало страх, словно передо мной кадр из фильма ужасов.
Подавив крик, я отскочила от окна. Застыв, стояла на месте, будто это должно было помочь исчезнуть моему ночному гостью. Взмолившись, чтобы мне все это показалось, я услышала знакомый голос:
- Винкс, открой!
Быстро подлетев к окну, я открыла его настежь, впуская в комнату влагу и холодный воздух, а потом в проеме появился Давид. Он промок до нитки, с него капала вода. Давид прошел в комнату, шатаясь, и я остановила его прямо возле окна - не хочу, чтобы вся моя комната была залита водой.
- Ты что здесь делаешь? - удивленно спросила я.
- Хотел увидеть тебя, - невнятно пробормотал он, протягивая ко мне руку, и прикоснулся к щеке. Его пальцы холодные как льдинки, и я поняла, что ему холодно.
- Ты что, пьян?!
- Я сейчас уйду.
- Под дождем и в таком состоянии?! – взволнованно проговорила я. – Как ты вообще сюда забрался и остался цел?
- Я очень хотел тебя увидеть, - протянул он заплетающимся языком. – Я иду...
- Никуда ты не идешь, - сердито прорычала я, снимая с него мокрую куртку.
- О, милая… - лукаво улыбнулся он. – Так сразу?
- Помолчи! Тебе нужно снять мокрую одежду и согреться, - поучительно объяснила я, и Давид начал мне помогать, снимая с себя куртку, футболку и ботинки. Его хорошо шатало и постоянно заносило, я пыталась помочь ему устоять на ногах, но это оказалось сложным, когда он такой здоровяк, поэтому он пару раз зацепил тумбочку у окна, создавая ужасный шум.