— Ненавижу! — прошипела я прямо в это наглое, самодовольное лицо. — Тебя. Всех вас. Горите в аду!
— Уведи ее, — велела Герда, тут же превращаясь из милой соблазнительницы в фурию. — И проследи, чтобы без инцидентов.
Черноволосый безымянный адепт кивнул и грубо схватил меня за локоть.
— Отпусти, — резко вырвалась я. — Сама пойду.
Я вошла в спальню и с грохотом захлопнула дверь. Казалось, даже штукатурка посыпалась. Плевать. Умела бы, разрушила всю квартиру. Эх, ну почему я слаба именно сейчас? Хотя известно почему — из-за Эрика. Из-за этого «спасателя». Вот кого бы в первую очередь жахнула! Ведь это он, как пить дать. Он — главный адепт Киры. И он может близко подобраться к Глебу. Ко всем атли… Черт!
Черноволосый вошел следом, возмущенно посмотрел на дверь и бесцеремонно уселся на кровать. Втупился в меня ненавидящим взглядом, вполне взаимным, к слову, и не шевелился. Он что, тут и останется? Охранять меня пришел? Боится, что просочусь в окно?
Я встала возле шкафа, опустила на пол сапоги и сложила руки на груди.
Так, наверное, и стояла бы до вечера, если бы злосчастная дверь не открылась, и в комнате не появился Эрик. Заполнил собой весь дверной проем и просочился внутрь, делая и эту комнату неприлично маленькой.
— Убирайся, — зло выдохнула я. — Ненавижу тебя!
— Когда ты злишься, твой словарный запас скудеет, — насмешливо произнес он и пренебрежительно бросил моему надсмотрщику: — Подожди за дверью.
Ага, значит, все верно. Он тут самый главный и командует адептами. А ведь я могу ударить, даже с малым количеством кена. Не убью, так покалечу. Я мысленно направила кен к ладоням, приготовилась.
Темноволосый с мрачным видом покинул комнату, и мы остались с Эриком вдвоем.
— Стоило догадаться, что у тебя дар, — вздохнул он и посмотрел на меня исподлобья. Улыбнулся и, как ни в чем не бывало, весело добавил: — Влипать в неприятности.
— В смысле? — нахмурилась я.
— Если ты не в курсе, та женщина, — он указал рукой в сторону комнаты, где осталась Герда, — не очень хорошая компания для маленьких девочек вроде тебя.
— А для тебя, значит, хорошая? Или у вас особые отношения? — язвительно поинтересовалась я и сложила руки на груди.
— Воу, полегче! По-моему, я не давал тебе повода для ревности.
— Да сдался ты мне! Меня не тянет на темных прислужников драугра.
Эрик громко, раскатисто рассмеялся, а затем шагнул к двери.
— Идем.
— Никуда я с тобой не пойду. И говорить не собираюсь. Пусть она говорит, ведь это у нее ко мне претензии.
— Боюсь даже уточнять, какие, — вздохнул он и посерьезнел. — Идем, говорю. Или не хочешь домой?
— Как… домой? — опешила я.
— Ну, предположительно мы выйдем через дверь. Я мог бы телепортировать тебя, но невежливо будет уйти, не попрощавшись с хозяйкой этого… дворца. — Он брезгливо осмотрелся.
Получается, я ошибалась на счет Эрика? Он вовсе не адепт драугра и пришел, чтобы меня спасти?
— Как ты узнал, что я здесь?
— Я не знал. Мои ищейки пытались найти твоего отравителя и набрели на адептов Герды. А вот как ты вообще умудряешься влипать в такие ситуации — интересный вопрос. Только отправил тебя домой, а ты уже здесь!
— Они ждали меня в квартире, — мрачно ответила я.
— Постой, Глеб…
— Нет, он уехал. Мы попрощались у твоего дома.
— Хочешь сказать, он бросил тебя одну? — Эрик нахмурился.
— Он не бросал, — возразила я. — Глеб мне не нянька. И вообще нам нельзя видеться. — Эрик вопросительно посмотрел на меня, и я отмахнулась: — Долгая история.
— С тобой явно не соскучишься, — проворчал он.
— Сказал мистер предсказуемость, — передразнила я. — Откуда ты ее знаешь?
— Ты, правда, хочешь говорить об этом здесь? — лукаво улыбнулся он.
— Что ты обещал Герде?
У свободы всегда есть цена. Как и у жизни. Цена моей может быть неоправданной.
— Ничего из того, что могу попросить у тебя, маленькая болтушка. Я не принуждаю девушек со мной дружить.
Он шагнул ко мне и взял за руку. Высокий, сильный. Без каблуков я чувствовала себя рядом с ним малявкой. Облегченно выдохнула и, поддавшись порыву, прижалась лбом к его плечу. Захотелось разреветься, как маленькой, и я с трудом сдерживала слезы, глотая колючий ком, то и дело поднимающийся к горлу.
Я не одна. За мной пришли. Я буду жить.
Эрик прижал меня к себе и осторожно погладил по голове.
— Ну все… все хорошо, малыш. Обувайся.
В комнату к Герде мы вернулись вместе. Руку Эрика я так и не отпустила — вцепилась в нее мертвой хваткой, разве что ногтями не впилась. Он, наоборот, совершенно не нервничал — держался уверенно, даже дерзко.