– Не благодарите меня,леди,– ответил честный Томас.– По правде‑то говоря, служил я Эмлин, ибо мы много лет были друзьями, хотя монахи и разлучили нас. А что касается ребенка и этого чертова отродья, Камбалы, то благодарите бога, а не меня, ведь я вовсе не собирался появиться в тот вечер и оказался в часовне лишь случайно.Я намеревался идти за скотом,и тут мне что‑то словно шепнуло, чтобы я надел доспехи и появился в часовне. Меня словно какая‑то рука толкала, а остальное вы сами знаете. Полагаю, что теперь бабка Меггс тоже знает,– мрачно добавил он.
– Да, да, Томас, я благодарю бога, чей перст вижу во всем этом деле, как благодарю тебя, его орудие. Но есть и другие вещи, о которых мне говорила Эмлин. Она сказала, ах, она сказала, что мой муж, которого я считала убитым и погребенным, на самом деле был только ранен, и его не похоронили, а отправили за море.Расскажи мне все об этом,ничего не опуская, но побыстрее, – времени у нас мало. Я хочу все узнать из твоих собственных уст.
И вот, путаясь и запинаясь по своему обыкновению, он поведал ей слово в слово все, что сам видел и что узнал от других. Сводилось же это к тому, что сэра Кристофера увезли за границу на «Большом Ярмуте», тяжело раненного, но не мертвого, и что вместе с ним отправились Джефри Стоукс и монах Мартин.
– С тех пор прошло десять месяцев,– сказала Сайсели.– Неужто о корабле не было никаких известий? Он ведь мог бы уже возвратиться обратно.
Немного поколебавшись, Томас ответил:
– Из Испании никаких известий не приходило.Затем,хотя я даже Эмлин ничего об этом не говорил, прошел слух, что корабль погиб со всем своим экипажем. А потом рассказывали другое…
– Что же именно?
– Леди, двое из его команды прибыли в Уош. Я сам их не видел, и они опять пошли в плаванье– в Марсель во Францию.Но я беседовал с пастухом, сводным братом одного из них, и тот рассказал мне, что слыхал от него, будто на «Большой Ярмут» напали два турецких пиратских корабля и захватили его после славного боя, в котором капитан и многие другие были убиты. Этот человек с товарищем сумели бежать в шлюпке и дрейфовали по морю туда и сюда, пока идущая на родину каравелла не подобрала их и не доставила в Гулль. Вот все, что я знаю, хроме еще одного.
– Еще одного? Чего же, Томас? Что мой муж погиб?
– Нет,нет, как раз наоборот, что он жив или был жив, ибо эти люди видели, как он, и Джефри Стоукс, и священник Мартин– он, я хорошо знаю, не трус – дрались как черти, пока турки не одолели их численностью, не связали им рук и не перетащили всех троих невредимыми на свои корабли, намереваясь, видимо, превратить таких храбрых парней в рабов.
Хотя Эмлин и старалась остановить Сайсели, та стала забрасывать Томаса вопросами, на которые он отвечал, как мог, пока, наконец, до его ушей не долетел какой‑то необычайный звук.
– Взгляните на окно!– вскричал он.
Они взглянули, и кровь застыла у них в жилах: сквозь стекло смотрело на них темное лицо аббата, а рядом с ним виднелись и другие лица.
– Не выдавайте меня, не то я буду сожжен,– прошептал Томас.‑Скажите им только, что вам привиделся призрак.– Неслышно, как тень, он скользнул в свою нишу к исчез.
– Что теперь делать, Эмлин?
– Только одно– Томаса надо спасти. Держаться смело и стоять на своем. Не твоя вина, что дух твоего отца появляется в часовне. Помни, только дух его, и ничего больше. А, вот и они!
При этих ее словах дверь широко распахнулась, и в часовню ворвались аббат и с ним вся толпа его служителей. В двух шагах от обеих женщин они остановились, тесно прижавшись друг к другу, словно роящиеся пчелы, – так им было страшно,и только один голос крикнул: «Хватайте ведьм!» У Сайсели прошел всякий страх, и она смело обратила к ним лицо.
– Что вам от нас нужно,милорд аббат? – спросила она.
– Мы хотим знать,колдунья, что за существо сейчас говорило с тобой и куда оно девалось?
– Это был тот же, кто спас мое дитя и призвал меч господень на голову убийцы.На нем были доспехи моего отца, но лицо его осталось скрытым. Он исчез, как и появился, куда– я не знаю. Узнайте это сами, если можете.
– Женщина, ты над нами смеешься! Что это существо говорило тебе?
– Оно говорило об убийстве сэра Джона Фотрела у Королевского кургана и о тех, кто совершил это злодеяние. – И она пристально посмотрела на аббата, так что тот опустил глаза.
– А еще что?
– Оно сообщило мне, что муж мой жив и что вы не похоронили его, как уверяли меня, а отправили его в Испанию. И оно предрекло, что он возвратится оттуда, чтобы отомстить вам. Оно поведало мне, что моего мужа взяли в плен мавры,а с ним Джефри Стоукса, слугу моего отца, и священника Мартина, вашего секретаря. Затем оно подняло взор и исчезло, или же нам показалось, что оно исчезло, хотя, может быть, оно еще находится среди нас.