Здание «Лесо де Прош» Маркус и Серж покинули, воспользовавшись скоростным лифтом, о существовании которого знали всего пара человек. Им пользовались, тогда когда хотели оставаться инкогнито при посещении офиса «Лесо де Прош», потому что здесь камер видеонаблюдения не было. Стальная коробка доставила его на стоянку, уровнем ниже основного парковочного этажа. Тусклое освещение едва выхватывало из темноты серые, бетонные стены. Телефон, наконец-таки онемел. Сюда сигнал не проходил.
Маркус уверенным шагом направился к единственной двери, у дальней стены. На улице, в неприметной подворотне, заваленной мусором, обжитой толстыми крысами и худющими бездомными по ночам. Здесь Маркуса ожидала роскошная Ауди, нанятая в прокате автомобилей, на свою машину он не рискнул сейчас сесть.. Но номера на автомобиле тоже «пропускные», на дороге их никто не остановит из представителей власти.
Как только Маркус вышел в дверь, его обдало запахом гниющего мусора и мочи, он поспешно сел за руль, положив кейс на заднее сидение. Оборотная сторона делового центра, как в зеркале отражала суть творившихся дел в высотке.
Серж устроился рядом на пассажирском сидении и молчал. Он хотел было спросить куда они сейчас, но вовремя замолчал, когда встретился с Дэнвудом взглядом. На застывшем худом лице глаза горели тревогой и злостью.
Дэнвуд провел своими длинными пальцами по черной мягкой коже и почувствовал, как сердце пропустило удар. Его xолодные глаза замерли на секунду и мысли унеслись далеко за Ла-Манш. Всего одно мгновенье слабины породило в нем удушающую волну паники и страxа, которые он гнал от себя с теx пор как вернулся из Англии. и вот никто иной как Серж положил конец сомнениям. Самообладание вернулось к нему по обыкновению – мгновенно.
Десятка лет хватило, чтобы сначала из-за алчности, а потом от скуки изучить азы юриспруденции. Полагаться всегда и во всем на армию прожорливых иждивенцев в дорогих костюмах, из какой-нибудь фирмы с тремя фамилиями вместо названия, было долгосрочной распиской в собственной зависимости от них. Поэтому Маркус, наступив на все имеющиеся в его распоряжении грабли, разложенные на его пути «большим бизнесом», с годами выработал привычку перепроверять данные, интересоваться у независимых экспертов и самое ценное, вырабатывать собственное мнение. В папке лежали подлинники первичных договоров, подписанные Шарлин, информация по оффшорным операциям и заграничным счетам, на которых оседали деньги от незаконных сделок. За разглашение подобной информации он мог заплатить не только своей головой, но и требовать мог все что угодно. Однако в желтом конверте была куда более интересная информация.
Маркус бездумно провел рукой по гладкой поверхности папки и в очередной раз нажав кнопку отказа на телефоне, положил ее в тонкий черный кейс, проверил во внутреннем кармане пиджака заграничный паспорт и толстую пачку банкнот, через четыре часа он должен был оказаться в международном аэропорте Фьюмичино, или аэропорте Леонардо да Винчи. Лучшего места, чем частный банк бывшего торговца антиквариатом Луиджи Орио, для спасения, содержимого кейса Маркус придумать не смог.
С сеньором Орио, знакомство в свое время было неизбежно и как оказалось крайне полезно. После разгрома, одного из поставщиков, имущество которого пришлось распродавать по частям, именно итальянцу было позволено первым выбрать самые лакомые кусочки по символической цене. Таким образом, Маркус с лихвой вернул карточный долг, который с дуру повесил себе на шею в одной из самых первых деловых поездок в Италию и приобрел очень полезного знакомого.
Маркус! – неожиданно дверца машины распахнулась и показалось перепуганное лицо Акри.
Дэнвуд чертыхнулся. Как Ласур его здесь нашел?!
Тонкие губы Акри на широком красном лице едва заметно дрожали, волосы были всклокочены, лоб лоснился от пота. Дэнвуд xолодно взглянул на Ласура, спокойно вышел из машины, достал сигарету из пачки на какую-то секунду его лицо осветил маленький огонек зажигалки и сделал первую глубокую затяжку. Акри рассеянно взглянул на Сержа, но потом вновь обратился к Дэнвуду.
- Что ты натворил, Маркус?!! – бессменный помощник, сцепил руки так сильно, что побелели костяшки, от него едва различимо пахло спиртным. От его деловитого пафосного тона и "выканья" не осталось и следа. - Тебе жить надоело? Мне вот, пока еще – нет!
На его лице появилось умоляющее выражение, он понизил голос до шепота.
- Годралье в канаве, Миссор на корм рыбам… Ты лично наблюдал, как дергался от тока Уимстен в своей ванной. Бадер, Кемли, Фомсвертон, Карьен…. Все кто говорили твоей жене «нет», уже распрощались с жизнью. И она не остановится только на тебе!
Акри был на грани истерики. Его глаза метнулись к кейсу, затем к Сержу и снова к боссу. Дэнвуд все это время молча наблюдал за Акри вполне бесстрастно, но переxватив его взгляд, резко повернул голову в сторону помощника.
Последняя фраза явно попала в больное место, Маркус поморщился и с силой оторвал от себя мокрую от пота руку Ласура.
Попробуй только упомянуть об Анне кому-либо, - в его голосе слышалась неприкрытая угроза, глаза Маркуса налились кровью, - поверь мне, я скручу твоею голову голыми руками.
Мадам Гэттар никогда не была дурой. Она и сама все поймет!
Сержа словно ударило током, когда Дэнвуд упомянул имя Анны.
Маркус порывисто развернулся и подойдя к машине, открыл кейс и достал оттуда увесистую пачку денег, сверху лежала купюра в сто евро. Он швырнул их Акри.
- Уезжай из страны, как раз самое время навестить твою бабушку на Майорке. И поверь мне - это не просьба! Через пару дней возьмутся и за тебя!
Маркус знал, что Ласур только озвучил его опасения – не более того. Однако, произнесенные слова в слух, давили тяжелее камня и выглядели чуть ли не проклятием. На судьбу Ласура ему было глубоко наплевать, но напоследок заxотелось сделать что-то xорошее для этого недотепы. Кроме жалости Маркус ничего не мог испытывать к своему помощнику за десять лет общей работы, передряг, нервов, срывов и отчаяния. Ни благодарности, ни сожалений… Он поспешно обошел Акри и не оборачиваясь кинул через плечо:
- Прощай, Акри.
Мотор ауди взревел и вот они уже мчались по запруженным автомобилями улицам Парижа, нарушая все мыслимые и немыслимые правила. Серж подумал, что машину остановят на очередном посту жандармы, но те лишь презрительно отводили глаза в сторону, завидев машину со спецномерами. Удивленно подняв брови Серж не успел скрыть от Маркуса своего удивления.
- Дипломатические номера, - иронично хмыкнул Дэнвуд, у которого горячечно горел взгляд и казалось будто его разум немного помутился. - Неприкосновенность в действии.
Через четверть часа машина резко затормозила напротив роскошного особняка, на фронтоне которого висела со вкусом оформленная вывеска "Cabinet d'avocats О. Souley"** (Юридическое бюро О. Солей").
- Подожди в машине. Я не надолго.
Маркус схватил кейс и пулей вылетел из машины. Не прошло и двадцати минут, как дверца со стороны водителя вновь распахнулась и Маркус прыгнув на сиденье, вцепился в руль и нажал кнопку автозапуска. Снова безумная езда по улицам и наконец автомобиль вырвался из удушающей тесноты улиц на шоссе и стрелка спидометра постепенно подползала к двумстам километрам в час. Серж и сам любил погонять, но он это делал с холодной головой, а глядя на Дэнвуда он стал сомневаться, что тот вообще замечает, что он за рулем.
Все дальнейшие события напоминали плохо спродюсированный шпионский фильм: аэропорт Шарля до Голля, роскошный салон бизнес-класса, мягкие голоса стюардес, предлагающих Поль Роже и хрустящие сандвичи с омаром. Дэнвуд, то наотрез отказывался от еды и питья, только заказывал крепкий алкоголь. Выпив несколько порций коньяка он не почувствовал облегчения, нервы по прежнему были натянуты, как струны на скрипке, которую настраивают в последний раз.