Утро началось с новостей отличных и плохих.
Хорошее было в том, что непогода ушла, небо радовало жизнерадостным голубым цветом, солнце припекало, да и аномалия отступила. И связь заработала.
Беда была с дорогой. Гроза перевалила через вершину и обрушилась на здешние места глубокой ночью. Почти весь путь до города размыло и завалило упавшими деревьями. Об этом утром сообщил тот самый Митроха, что успел проскочить, но вернуться уже не смог. Подтвердили и местные, спозаранку съездившие на разведку. В десяти вёрстах от деревни уже было не проехать.
— Расчистим, не сумневайтесь, — успокаивал нас Дмитрий за завтраком. — С той стороны городские возьмутся, с нашей — мы. Денька за два всё будет сделано. А може и скорее.
Как ни странно, новость меня ничуть не расстроила.
Хорошо здесь было. И люди хорошие, и природа такая, что только ходи да восторгайся. Да и в принципе примерно через день или два мы и должны были прибыть. То есть даже график не пострадал.
Видя, что я лишь улыбаюсь такому заявлению, и остальные не стали печалиться. Тимофей с ассасином тут же вызывались помочь по хозяйству, с дровами, стройкой, да хоть с чем. Работа им, конечно же, сразу же нашлась. В деревне ещё одни руки никогда лишними не бывают.
Да и отплатить за гостеприимство надо было как-то. От денег хозяин отказался наотрез.
Я тоже хотел присоединиться к физическому труду, но меня все дружно отправили… гулять. Хоть князем я и не представлялся, но как приняли за важного благородного, так и не переубедить было, что я и топором помахать могу, не убудет с меня…
Я коротко переговорил с патриархом, не став утруждать деталями нашего приземления, просто сказал, что всё идёт по плану. Затем выслушал оханья Баталова, который всё никак не мог определиться — орать ему или волноваться за наши жизни. Он даже об артефактах позабыл, тех самых, что нельзя было вывозить из столицы.
Пилот же пошёл к самолёту, осмотреть его при свете дня и оценить, насколько всё плохо. Мне показалось, что Игорь Игоревич не оставлял надежды как-то вытащить «Аврору» отсюда и восстановить.
Просто шляться без дела мне было неинтересно, поэтому я отыскал старосту и попросил показать нам с Хлебниковым на месторождение. Провести экскурсию, так сказать.
Кузьма Васильевич такой возможности обрадовался и быстро всё организовал.
— Только переодеться вам не помешает, — взглянул он с сомнением на мою обувь. — Думаю, найдётся…
— У нас всё есть, не беспокойтесь.
Благо в багаже была одежда, пригодная для подобных походов. Ведь мы собирались на горные прииски, где немного благ цивилизации. Подготовились неплохо на всякий случай.
Экипировку староста одобрил, подивился материалам, уважительно поцокал, и с тем мы отправились в путь.
— Места у нас красивые, но коварные для тех, кто про горы ничего не знает, — рассказывал Кузьма, когда мы вышли из деревни и углубились в пролесок. — Да и погода ой какая переменчивая. На небо-то ясное не глядите, враз измениться всё может. Ветер задует, с той стороны облака перевалят, и вмиг всё затянет. Да так, что и непонятно будет — где горы, а где нет. Куда идти, в общем.
Здесь осень уже наступила.
И лес был таким ярким, что не любоваться им было невозможно. Бо́льшую его часть занимали вечнозелёные еловые деревья, но и прочих было много. И вот они раскрасились в жёлтый, оранжевый и красный. А воздух…
Нет, однозначно с ума можно было сойти от здешнего воздуха.
— Вот правильно, дышите, ваш благородие, — Кузьма Васильевич заметил, как глубоко вдыхаю. — В городах такого нет. Да и нигде больше, если уж честно. Не подумайте, что бахвалюсь, но все говорят — тут волшебный воздух-то. Учёные какие-то приезжали, сказали что чистый от магии, потому как частенько её не бывает. Таких мест на Урале немного совсем, чтобы так чисто.
Я тут же изучил магический фон. И правда, сила вокруг витала, но ощущения были… Первозданности какой-то. Действительно чистоты, если можно так сказать.
Изучить бы это место получше! Ведь любопытно, как сказывается аномалия и отчего именно здесь она проявляется чаще всего. Почему спускается, как снежные лавины…
— И что же, всегда так было?
— Ну издавна, как предки говорили, а им их предки… Говорят, конечно, что не всегда. Ну да у нас много чего говорят, — усмехнулся староста. — Всему верить — никакого ума не хватит просто жить-то.
Хотелось его расспросить про сказания те, но горняка явно больше всего интересовали иные вещи. Такие, как добыча авантюрина. Вот об этом он и говорил с горящими глазами.