К моменту, когда мы вышли к нужной точке, я уже многое знал об особенностях этого камня, но всё же картина была неожиданной.
— Вот она, каменная река, — с тёплой улыбкой, почти отеческой, сказал мужчина.
Лес в долине между хребтами разрезало русло. Огромные валуны будто бы скатились сверху и замерли. Края этой «реки» видно не было.
— Они движутся, — сообщил староста. — Меньше вершка в годину, но движутся. Оттого рекой и величают. Это нам незаметно, а для земли-то так, тьфу.
Мы вышли к относительно узкому месту, метров сто. Но это весьма впечатляло. Дальше каменная река расширялась в несколько раз, я заметил ответвления и поворот, уходящий за кромку леса.
И из-за древности этого камнепада создавался эффект ещё большей похожести на реку. Между прогалин вовсю росли взрослые деревья, в основном сосны. А между валунами белел лишайник.
— Вот такие реки у нас, господа, — улыбнулся Кузьма Васильевич, довольный произведённым впечатлением. — Но если прислушаться…
Он замолчал, и мы с мастером ювелиром даже шеи вытянули, вслушиваясь. Шум реки! Натуральный звук воды, но как…
— На самом деле под камнями есть ручьи, — рассмеялся наш провожатый. — Да и места по эту сторону болотистые. Влаги полно, а уж как дождь пройдёт, так и шумит наша каменная река, как настоящая.
Удивительное место. Сколько же таких на земле, а мы и не знаем. Вот так не свалишься с небес и не узнаешь никогда.
— Там лагерь наш, — староста махнул рукой. — Не только каменюки на месте не стоят, но и мы перемещаемся весь сезон. Это ж не шахта, где прокопал, там и возишься.
Пока Хлебников завалил вопросами по конкретным способам добычи, я рассматривал глыбы, стараясь сам найти этот загадочный златоискр. На камни все выглядели одинаковыми — серо-зеленоватыми.
— На солнце оно проще, сверкает. Но ежели вы не маг земли, то сноровка нужна, — объяснил Кузьма Васильевич. — Много тут сокровищ, но искать уметь надобно, ваш благородие.
Мне толку от магии земли не было, если не знаешь что искать, суть камня, то и не найдёшь. Зато мастер ювелир вдруг замер и распахнул глаза — применил силу и, вероятно, ошалел от количества.
— Да тут же…
— Много, — усмехнулся горняк. — Белый, чёрный, золотой, медовый, бордовый… А то сразу нескольких цветов. Но все с искрами, словно солнышко поцеловало.
В лагере вовсю шла работа — глыбы обрабатывали прямо на месте, отсекая ненужное и оценивая редкость расцветки. Пока староста отвлёкся на общение с местными, я тихо спросил Владимира Ивановича, какая магическая ценность у авантюрина.
— Это поделочный камень, ваша светлость. Недорогой, если говорить об обычных образцах. Слабо держит любую силу, оттого не очень ценится в изделиях вроде амулетов и артефактов. Редкие же экземпляры ценны разве что красотой и уникальностью. Для украшений годится, то самая искристость делает его привлекательным для любителей бижутерии.
— Слабо держит силу? — переспросил я.
Стало даже как-то обидно за златоискр. Хлебников пожал плечами и вздохнул. Мол, не всем богатствам земли суждено быть драгоценностями.
— Ну приписывают ему свойства волшебные. Камнем удачи называют. Но я, как специалист вам заявляю: ничего подобного.
— Ваш благородие, — вернулся буквально сияющий Кузьма Васильевич. — Примите сувенир на память.
В его руке сверкал теми самыми искрами авантюрин. Уже отполированный, пусть и неровный. Но изумительного цвета — фиолетового, почти чёрного, как ночное небо.
— На удачу, — староста, видимо, был как раз из верящих в версию с особым магическим свойством камня. — Она вам точно пригодится ещё. А то вчера вы знатно её испытали.
— Благодарю, — я принял подарок и поклонился.
Искры эти завораживали, всё же очень красиво. Но Хлебников был прав — отклика я не ощутил. Источники никак не отреагировали на авантюрин. Что-то будто дремало внутри камня, но то могло быть последствием ранга стихии земли. Та самая душа камня, которую я научился слышать. Но этот крепко спал.
Возможно, не очень дорогой камень, но всё-таки не привык я к таким неожиданным дарам. Я было хотел что-то сказать, но горняк помотал головой:
— Пусть и у вас будет кусочек Таганая, — сказал он с гордостью. — Не принято у нас гостей с пустыми руками отпускать. Земля щедро с нами делится, и мы должны.
Я ещё раз поблагодарил и убрал авантюрин в карман. Сувенир прекрасный, а великая ценность его в том, как мы оказались в таком месте, где живут удивительные люди. Лучше подарка и не придумать, частичка Таганая. Такого сурового, но при этом приветливого.