В моей прошлой жизни главным сокровищем была веточка. Самая обычная, я даже не знаю от какого дерева. Она высохла с годами, но я бережно хранил её. Мне отдал её мальчуган в далёкой стране, через которую мы путешествовали. Сейчас, наверное, и страны уже той не было.
Мальчик был пастухом, перегонял стада баранов по выжженным склонам почти лысых гор. Внизу их ждала зелёная долина, ожившая после сезона дождей в конце осени. А наверху… Случилась заварушка.
Я не сразу заметил мальчишку, услышал испуганное блеяние и тогда обратил внимание. Отвлёкся на миг, но этот миг чуть не стоил мне жизни. Но зато спас жизнь ему. Я тогда ранг взял, окружив пастуха и его стадо защитной стеной. Оказалось, и надежда может стать непреодолимой преградой. Меня спас меня уже наставник. Ох как он ругался, когда битва стихла. А мне плевать было, я не слышал одним ухом, его оторвало, но улыбался так, что учитель отстал от меня.
А мальчишка отдал мне единственное, что у него было. Веточку, которой он гонял баранов.
Веточку, хранимую в шкатулке, я передал царю, когда уходил. Попросил сохранить, но вряд ли это удалось. Кому из потомков она была бы так важна? Никакой магии в ней не было, простая веточка.
Вещи сами по себе ничего не стоят. Но могут быть по-настоящему бесценными.
— Что за…
Земля под ногами вздрогнула. Мне сначала показалось, что каменная река всё же решила ускориться и весьма существенно. Но валуны не двигались, только загрохотали, заворочавшись от толчка.
— Хозяева гор проснулись, — спокойно сказал староста, прикрыв глаза ладонью и взглянув на вершины.
Тревоги в его голосе не было, да и прочие не перестали заниматься своими делами. Трясти перестало.
— Хозяева гор?
— Скоро будет дождь, — проигнорировал он мой вопрос и велел местным: — Собирайтесь, на сегодня всё.
Небо по-прежнему было ясным.
Лагерь свернули буквально за десять минут. Прикрыли необработанные камни жгуче-синим тентом, собрали походные столы, всю утварь и инструмент. Я почувствовал всплеск силы — часть добычи подняли в воздух для транспортировки. Горянки ушли так быстро, что я поразился. Мы едва поспевали за группой, но отставать нам не давал староста, следуя замыкающим.
Капризность местной природы я понял уже на подходе к Горняшкам. Резко потемнело, завыло пронизывающим холодным ветром, и первые крупные капли заколотили по макушке.
— Поднажмём! — весело крикнул Кузьма Васильевич, и все побежали.
Под ногами захлюпало, полило уже практически непроницаемой стеной. Пока я возводил воздушный щит, успел вымокнуть насквозь.
— Ну прямо как в старые добрые времена! — Хлебников радовался, как ребёнок, и словно помолодел, резво перескакивая корни деревьев и лужи. — Кто кого, да, ваша светлость?
За спиной закашлялся и запнулся староста, и мне пришлось его ловить. Да ну что ж такое, просил же называть меня по имени и отчеству… Ну да ладно, что уж теперь, увлёкся мастер ювелир и позабыл все договорённости.
— Ваша светлость? — испуганно переспросил горняк.
— Александр Лукич, — я растянул щит на него, подхватил под руку и потащил к виднеющимся домам. — И никак иначе. И никому, прошу.
— Д-да, ваша св… ваш благородие, — начал заикаться он, и я надеялся, что от холода.
Дождик зарядил отнюдь не летний. Ледяные струи, успевшие попасть на меня, вмиг охладили весь исследовательский пыл. С опозданием спохватившись, я высушил магией огня себя, а заодно и Кузьму Васильевича.
— О-о-о, — уважительно покивал он. — Огневик.
Да чёрт, ещё и не тот аспект показал. Лучше о том, что я ко всему прочему артефактор, вообще молчать. По крайней мере, пока не доберёмся до крыши. Староста подвернул ногу, и я подставил ему своё плечо, чтобы опираться, на что он согласился не без долгих возражений.
Двор управляющего деревней находился недалеко, так что добрались мы быстро. Я затащил его на крыльцо и глянул на улочку, по которой текла уже самая настоящая река. По воде уносило чью-то утварь, листья и кадку, судя по всему, с квашеной капустой.
— Так, — наконец-то горняк поборол смущение перед моим титулом и уверенно скомандовал: — Давайте-ка в дом, сейчас чаю горячего справлю. Переждёте непогоду у меня.
— Благодарю, с удовольствием. И с неменьшим удовольствием послушаю про хозяев гор.
Глава 5
— Ну чего про хозяев гор-то говорить? Хозяева как хозяева… — бормотал староста, пока хозяйничал.
От моей помощи он отказался, несмотря на то, что уже заметно прихрамывал. Но в своём доме и стены помогают, так что Кузьма Васильевич справлялся отлично.