А я с любопытством рассматривал жилище горняка.
Дом небольшой, но крепкий, бревенчатый. Законопаченный мхом, на окнах уже стояли вторые рамы, здесь к холодам подготовились заранее. Мебель хорошая, скорее всего, из города привезённая, везде порядок и чистота. Но видно, что женской руки нет. Не холостяцкая берлога, но и без узнаваемых деталей, всегда выдающих женщину.
И конечно же царица всех домов — печь.
Большая, встроенная в стену, с духовкой, плитой и лежанкой за трубой, прикрытой занавеской. Староста быстро распалил угли, подкинул сухих дров и сразу же уютно затрещало. В стекло бился дождь, на улице потемнело, а здесь было тепло и хорошо.
Я моментально отогрелся и даже немного разомлел от жара печки.
Чай был чертовски хорош. И очень напомнил мне тот, которым угощал мастер каменщик. Надо не забыть и ему гостинцев привезти из родных мест.
— Овражские? — оживился староста на мой вопрос, слышал ли он про таких. — Конечно, знаю семью эту. Им же шанежные заведения на сотни вёрст вдоль гор принадлежат. Да и люди хорошие, настоящие. Вы, наверное, про пожарище у Змеиной горы в Екатеринбурге не слыхали даже?
Я помотал головой. На столе тем временем, как по волшебству, появлялись угощения. Кузьма Васильевич отодвинул заслонку, залез в печь и загремел там чугунками.
— Так вот, — выбрался он довольный. — Возле тракта самого занялись склады. То ли дурной сторож обронил папироску, то ли подожгли нарочно, уж теперь неизвестно. Но разгорелось быстро, а там рядом и дома рабочие, семейных причём, с детками да жёнами там селили. Пока маги прибыли, добрая часть строений сгорела. Тушили всей окраиной, но много семей без крыши над головой остались.
Мужчина зажёг свечи по всей просторной комнате и на мой удивлённый взгляд пояснил:
— Мы привычные без магии обходиться, ваша… Александр Лукич. Когда её по пять раз дню отключает, на себя лишь и надеешься. Вы, поди, городские и позабыли про такие штуки? — он взял массивный металлический подсвечник на пять свечей и водрузил по центру стола. — Не обижайтесь только на меня, молодой вы…
— Не обижаюсь, — улыбнулся я. — Правы вы, городские привыкли к магическим благам.
Не стал уж говорить, что научен добывать огонь в таких условиях, что какая там магия, свет дневной есть и то идеально. Да и в особняке больше всего любил у камина бывать, как и патриарх. Магия, наука, технологический прогресс — это всё и правда чудесно, но есть что-то особенно приятное в том, чтобы просто посидеть у настоящего огня, послушать его треск и ощутить это тепло. Я, пожалуй, хоть и очутился в новом мире, но безнадёжно устарел.
Хотя самолёт мне очень понравился. Если бы не упал.
— Так что там с пожаром? — напомнил я, мне уже было дико интересно, чем же закончилось.
— А-а-а, — хлопнул себя по лбу староста и расхохотался. — Вот память-то иногда, птичья. В общем, к зиме дело было, на улице уже не пересидишь, с дитятями тем более. И пока там важные шишки решали, кто значит-с будет благороднее и чем поможет, Овражские молча собрались и сделали. Работников своих позвали, средств выделили, и выстроили жильё новое в самые короткие сроки. А до тех пор всех погорельцев у себя разместили.
— Вот это да! — по-простецки восхитился я.
— Вот именно, — согласился горняк, наконец усаживаясь. — Ничего плохого про благородных не скажу, губернатор у нас отличный, да и советники при нём неплохие. Но медленные… Бумажки, этикеты и прочая дребедень. А люди-то замерзали. В общем, когда те опомнились, то уже и не надо было, — засмеялся Кузьма Васильевич. — Денег предлагали Овражским, ну типа компенсация, но те отказались. Сказали на средства эти построить больницу новую, как раз в том районе не было её.
— Построили?
— Построили. Так что теперь и дома новые, и лекари там есть. Зимней ту больницу назвали, не захотели Овражские, чтобы в их честь, как предлагали. Так что вот какая семья. Ну да у нас тут почти все как одна семья. Вроде каждый своим делом занят, но уж ежели кого беда — всем народом придут на помощь.
Так тепло и хорошо на душе стало от этого, что и самому впору отапливать дом. Когда такие истории слышишь, внутри что-то крепче становится. Много хороших людей на свете, много.
— Вы ж про хозяев гор послушать хотели, — староста, похоже, тоже растрогался и сменил тему. — Сразу скажу — не особо я по этому знаток, но дела с ними имеем, так что про это могу рассказать.
Рассказ его не был столь сухим, как он обещал.
А может, то атмосфера повиляла. За окном непогода, внутри трещит огонь и горят свечи, а ароматы из печи уже заполнили весь дом. В такой обстановке не может получиться простой доклад.