— Говорю же, господа, толку нет ехать, — в сотый раз повторял Кузьма Васильевич, но тем не менее гнал вперёд прилично. — Вы таких дорог и не видали, как у нас тут. То не дороги сейчас, реки.
— На месте разберёмся, — в сотый раз парировал я.
Мастер ювелир уже дремал на заднем сиденье. Это его умение вызывало белую зависть. Редкое качество, на самом деле. Редкое и очень полезное — в любой ситуации уснуть и восстановить силы.
Но мне было интересно смотреть по сторонам. Пока дорога была весьма приличной. Хорошо утрамбованная и довольно ровная, а главное — нависающие по сторонам ветви вековых елей. Они словно укрывали путников, а полоска неба выглядела как направляющий свет.
Но через минут десять начались ухабы и мой настрой слегка выбило.
Тимофей подозрительно побледнел, а Хаамисун только крепче вцепился в поручень над дверью.
Транспорт у старосты был мощным. Огромные колёса, угловатый кузов, усиленный внутри рамами, и вместительный салон — на полдюжины пассажиров, не меньше. Всё скрипело и дребезжало, но шла машина как крейсер — уверенно и надёжно.
Только какой-то амулет, закреплённый наверху лобового стекла, мотало из стороны в сторону так быстро, что лучше было на него не смотреть.
— Ну вот и всё.
Я даже не понял, что мы остановились, так сосредоточился на верхушках умиротворяюще скачущих деревьев. Ещё после первого полёта на драконе понял — нужно зафиксироваться хоть на каком-то объекте, чтобы удержать завтрак. В воздухе, правда, это было сложнее, не так и много там объектов. Поэтому я приспособился смотреть на гребень, а заодно подглядывать и на то, что впереди.
В нескольких метрах впереди была река.
И не сама дорога превратилась в русло, а натуральная река пересекла путь. Скорее всего, здесь когда-то был мост, но сейчас и следа от него не осталось.
— Ручеёк разошёлся, — прокомментировал Кузьма Васильевич.
Видимо, это было название. То, что бурлило перед нами, обозначить ручейком было бы опрометчиво. Я вышел наружу, приблизился и прикинул расстояние для расчёта силы.
Вариантов много, но нужен долгосрочный. Старосте ведь возвращаться ещё обратно. Я вспомнил прочные конструкции из камня, что удерживались за счёт клиновидной кладки. Такое стояло веками, если выгадать нужный подъём над возможным разгулом стихии. А сейчас именно такой разгул и был.
— Может, вернёмся… — горняк тоже выбрался из машины, но умолк.
Я уже взялся за работу. Материала вокруг было не просто много, а очень много. Камень, дерево, металл… Я ощущал их, как и то, что земля готова делиться ради помощи людям, что тут живут. И я создавал мост, который простоит вечно. Ведь его будет подпитывать вся эта земля.
Часть взял из каменной реки, что была рядом. Часть из ближайшей скалы, вместе с прожилками руды. Нашёлся и известняк, который пошёл в дело для получения скрепляющего раствора. Вода, огонь и всё на несколько мгновений окутало белым паром. Я сильно ускорял процесс, ведь магия работала без сбоев.
Взмахом руки высек деревянные клинья, напитал водой, чтобы они разбухали, и встроил в конструкцию. Скрепил и металлом, вот с ним пришлось повозиться. В общем, вложил всё, что когда-то видел и слышал. Возможно, сейчас мосты строили совсем иначе. Неважно, мой простоит дольше.
— Итить… — сдавленно сказал Кузьма Васильевич, так и стоящий рядом.
В кармане обжигали ногу какие-то камни. Да, пожалуй я немного перестарался. Стоит постараться быть сдержаннее в будущем… Но не мог я сделать плохо!
— Ух ты! — воскликнул за спиной Тимофей.
Я огляделся. Все уже вышли из автомобиля и любовались новым мостом через Ручеёк. Изящно изогнутым сооружением, широким и блестящим от гладкой поверхности отшлифованных камней, с высокими парапетами, искрящимися от металлических линий вкраплений авантюрина.
Ладно, может никто больше и не заметит…
Глава 7
— Это ж как оно… — недоумевал староста, так распахнув рот, что целый воробей залететь туда мог.
— Артефакт, — коротко ответил я.
Нда, объяснение мог бы и получше придумать. Ну какой артефакт способен на подобное? Никакой. Но благо горняк об этом виде магии имел слабое представление, поэтому поверил. Тем не менее изумился ещё больше:
— Так что же это, вы артефактор, ваша светлость?
— Артефактор, — вздохнул я.
— Такой молодой и… — Кузьма Васильевич резко умолк, густо покраснел и затараторил: — Простите, ваш светлость, не хотел…
— Да бросьте, ерунда. И Александр Лукич, мы же договорились. И кое о чём ещё нужно договориться.