Искорка чирикнула, и я встрепенулся. Опять чуть не уснул с трубкой в руке.
— Роман Степанович, не сочтите за грубость, но не может это потерпеть хотя бы до утра?
— И вам даже неинтересно, что там написано? — слегка обиженно спросил Баталов.
— Очень интересно, — откровенно соврал я, но всё же сгладил: — Будет утром. Обещаю, я вас наберу сразу же, как проснусь. И мы обсудим… поломку.
— Хорошо, Александр Лукич, — сдался менталист. — Только не забудьте…
Но я уже совсем забил на правила приличия и отключил связь. Ну встали какие-то там часы, вещь явно старая, сломалась или запылилась и оттого перестала работать. Мало ли по какой причине они встали.
Два шага, оставшиеся до кровати, мне показались восхождением на неприступную вершину. Лицо ощутило прохладу подушки, пахнущей какими-то травами, и я отправился в лучшее своё путешествие по добрым мирам сновидений.
Кажется, канарейка прилетела ко мне и прижалась, щекоча ухо. Я улыбнулся и отключился. Всё, больше никаких «сущих пустяков».
Глава 12
Ничто не могло испортить это прекрасное утро. Даже история, рассказанная Баталовым.
Солнце светило так, будто это был последний шанс согреть, а то и поджарить, людей перед наступлением холодов. Воздух нагрелся сразу же после рассвета, да так, что пришлось отказаться от костюма и достать из вещей лёгкую футболку.
Я пил кофе на террасе, наблюдая за канарейкой, скачущей по перилам и весело щебечущей.
— Вы понимаете, что всё очень серьёзно? — спрашивал меня в который раз глава конторы.
Подняв голову и прищурившись, я помотал головой. Не понимал.
— Возвращайтесь, — тоже уже раз я пятый увещевал он.
А всё дело в Часах Исхода. Великом и, конечно же, очень загадочном артефакте, предвещающем если не конец света, то точно что-то похожее. Почему? Потому что так написано с обратной стороны.
И спорить с этим было совершенно бесполезно.
Но Роман Степанович хотя бы не паниковал, пусть и настроен был решительно. К тому же отчего-то его решительность распространялась и на меня. Мол, именно мне предстоит как-то это всё остановить.
Вообще, написано было не буквально, но тревожно. Как и положено загадочному артефакту. «В тот миг, когда замрёт время, исход начнётся. И только артефактору под силу повернуть всё вспять».
То есть ничего страшного и критического. Никаких смертельных угроз там не было упомянуто, как и прочих проблем. Но часы встали, артефактор в наличии, так что Баталов сделал выводы.
— Может, речь про Левандовского? — улыбнулся я. — Ну так его поисками я собирался заняться…
— Александр Лукич, мне крайне импонирует ваше чувство юмора, с огромным удовольствием каждый раз слушаю ваши шутки. Но сейчас они неуместны, — менталист говорил предельно спокойно, оттого я и понял — всё решено.
Когда точно остановились часы, никто не знал. В ежедневный обход эта часть хранилища не входила, туда вообще старались лишний раз не заглядывать, такие жуткие вещи там лежали. Поэтому связать с каким-либо событием этот момент было невозможно. Пусть меня бы это и не убедило.
Мало того что я весьма не любил всяческие предсказания, так и с подобными «загадками» уже имел дело. Что лишь больше подтверждало, что всё это ерунда.
Меня поэтому и проклятье хозяйки гор заинтересовало, уж очень напоминало это историю, приключившуюся в одном из путешествий. Тогда аномальные осадки выпали, и мы застряли у подножия гор, когда снегом завалило перевал. Проще было обождать, чем идти в обход, так что мы встали на целый месяц в приятном городке, где нас довольно тепло приняли. Ну так как мы не только столовались, но и активно участвовали в жизни жителей, помогая где знаниями, а где банальной физической силой, то нас открыли тайну города.
Жили там уже несколько веков, но всё это время ждали явления, которое называлось «очищение». Уж не помню, чем так нагрешили предки этих ребят, но по преданию потомки тоже были виноваты, так что расплата была неминуема.
И наступить это должно было, когда луна взойдёт меж двух вершин-близнецов, с которых в этот момент сойдёт лавина, что и очистит, значит, всех ожидающих.
Учителя моего отчего-то эта байка так заинтересовала, что он попытался забраться на те самые вершины, но с погодой было не сладить. Подключать магию в таких случаях рискованно, можно запустить цепочку разнообразных явлений, контролировать которые очень сложно и затратно. Последнее и останавливало учителя, так что он просто каждую ночь выходил и глядел в небо.