И вроде усердствовать не стал, но влетевший внутрь начальник дар речи потерял, увидев преображение.
— Э-э-э. А-а-а, — всё, что он смог из себя выдавить.
— Что-то случилось? — вопросительно вскинул я брови.
— Э-э-э. Ну, вроде того, — до того впечатлился мужчина, что даже тон его изменился на почти уважительный. — Как обычно, в общем.
Он ещё повращал глазами, словно не веря им, и ушёл. Сразу же после прибыли пациенты. Обеденный перерыв всех выгнал наружу, а помимо довольствия, горнякам полагалась и помощь лекаря. И с пустяками сюда не приходили.
Я сначала удивился такой популярности, но всё прояснил второй же пришедший с травмой головы.
— Дед сказал, что вы можете помочь, — сказал ушибленный, доверительно снимая тонкую шапку, защищающую разве что от пыли.
Что там на него упало, не знаю, но приложило хорошо. Я было предложил покой и отправиться домой, но после оглушительного хохота и похвалы моему изумительному чувству юмора, понял: здесь такое вообще не практикуют. Подлатал, уже не стесняясь вложить нормально магии, и принял следующего.
Час я вправлял кости, заживлял ушибы, останавливал внутреннее кровотечение и одного даже от артрита исцелил. Мучился горняк так, что диву давался — как он вообще работает с такими болями?
Источник просел, но не критически. Памятуя о слабом ранге Вячко, я старался не выделяться, тем не менее устранять риск осложнений.
Горняки выходили такие довольные, что начальство ещё пару раз заглянуло, подозрительно присматриваясь и принюхиваясь. Я неизменно улыбался и предлагал кофе.
— Ты это брось, Вячко, — в итоге потребовал главный, но что именно, уточнять не стал.
Когда поток людей иссяк, я вышел на улицу.
Солнце припекало, трапезу устроили прямо на природе, за длинными столами возле полевой кухни. Ароматы пищи и меня увлекли, так что я решил присоединиться, благо на меня волком уже не глядели, а даже зазывали присесть рядом.
Нда, придётся мне поговорить с лекарем, когда вернусь. Пригрозить, если потребуется, но чтобы он нормально себя с людьми вёл, они-то не виноваты в его назначении. Да и неплохие ребята, так-то.
Я нахмурился, не найдя среди сидящих Алексея и никого из его людей. Спросил у одного из тех, кого подлатал, и получил тревожный ответ. Две бригады, включая Деда, не вышли.
— Связь есть?
— Ну ты, мастер, чудной, — рассмеялся один из горняков. — Какая ж там связь? Никакая волшба внутрь не пробьётся.
Допустим, пробиться с соответствующей мощью можно, но конечно на такие траты Яковлев был не готов. Здесь вообще экономили практически на всём, куда уж до связи.
— Ясно, — хмыкнул я, чуть подумал и направился к шахте.
— Эй! Куда? — тут же наперерез кинулась стража. — Посторонним не положено!
Напряглись и горняки, отрываясь от тарелок и пристально следя за нами. Если обратиться к ним, то наверняка поддержат. Но поднимать бунт я точно не планировал, так что пришлось импровизировать.
Совсем немного ментальной магии, даже охранные амулеты на груди вояк не среагировали. И капелька хитрости.
— Думаете, я очень хочу туда? — печально вздохнул я. — Но сами слышите, зовут…
Ничего они, понятное дело, до этого момента не слышали. Едва я собрался с силами, чтобы убедить их, что звучит крик о помощи, как изнутри что-то громыхнуло. Гора вздрогнула, и сверху посыпались мелкие камни и песок.
— Обва-а-а-ал! — заорали сзади, и началась суета.
Вояки враз потеряли интерес к моей персоне, их стало волновать только одно — как бы быстрее убраться подальше. Они первыми и побежали к дороге. И я под шумок проскользнул в шахту.
Обвал меня совершенно не беспокоил, даже если это правда, моя защита выдержит. К тому же был вариант попросить джинна увести меня в другой мир, а выйти уже в безопасном месте. Да и тенями я уйти мог…
Не верил я в обрушение, а вот в то, что люди там внизу в беде, верил.
Вход был просторным, через такой и техника заехать могла спокойно. Пещера простиралась вглубь метров на двадцать, а на той стороне виднелись ответвления — штольни, или рукава, как их здесь называли. Под сводом мерно горели неяркие фонари, эфирные.
Я почти добрался до развилки, как снова раздался далёкий грохот. И свет погас.