— Ушёл он, туда, — махнул другой рукой на стену.
— Куда туда? — не понял я, глядя на гладкий камень.
— Да вот в этот проход, слепой чтоль? А мы не можем пройти. А ты откуда явился-то? — со страхом спросил он.
Я обернулся. Проход был на прежнем месте.
Так, явно не иллюзия, её я бы почувствовал. Наплевав на манер, прикоснулся ко лбу ближайшего горняка. Благо тот не стал сразу давать по морде, всё же медицинский работник.
Внушение. Следы ментальной работы были слабые, но были. Они все упорно видели выход там, где его не было. Среди этих взволнованных пылающих разумов я никак не мог найти ещё один, Деда.
— Уходите, — я указал путь, но не тут-то было.
Сначала они сопротивлялись и крутили пальцем у виска. Мол, как это — в стену идти? Когда я продемонстрировал, то меня чуть не зашибли. Приняли за горного духа, который взял образ человека и хочет их погубить. Пришлось приложиться кулаком, чтобы доказать свою реальность. Это сработало, но пройти они всё равно не смогли.
Установка в голове просто не давала телу это сделать. Горняки бились в несуществующую стену и стонали от несуществующей боли.
Так что я выводил их одного за другим, за руку. Вмешиваться в работу менталиста не рискнул, действие внушения явно временное, а вот стереть можно и что-то другое заодно.
— Да как же это… — недоумевал каждый, оказавшись по ту сторону.
Благо хоть дальше путь они видели, уйма времени ушла бы на то, чтобы сопроводить бригаду на поверхность. Но последнего уходящего я остановил и спросил, что случилось.
— Бахнуло. Ну да не впервой, мы не особо напряглись. А вот Дед побледнел как упырь. Краше в гроб кладут, ей-богу. Сказал, что за ним пришли, и ломанулся к выходу. Ну мы за ним, а там эта… стена.
— Пришли? Он именно так сказал?
— Ну… — он почесал макушку, возвёл глаза к своду и припомнил: — Она. Он сказал: «она за мной пришла».
— Ага, — кивнул я и хлопнул мужчину по плечу, подталкивая на выход.
Уговаривать горняка не пришлось, он бросился бежать так, что только пятки засверкали. И фонаря не понадобилось, но я всё же отправил ещё один огненный шар за ними. Чёрт с ним, с маскировкой, главное чтобы они добрались без проблем.
Вернувшись в закуток, я принялся тщательно изучать стены. Заморочили головы или нет, не мог Дед уйти тем же путём, что вёл сюда. Я бы его увидел. Да и на дальнем расстоянии почувствовал бы присутствие человека в другом месте.
Метод простукивания не особо помог. Пустоты обнаружились в нескольких местах, но после осторожного изъятия камня оказалось, что прохода там нет.
— Так, — я остановился, встав в центре. — Что мы имеем, Искорка?
Канарейка встрепенулась, распушив перья, устроилась поудобнее на плече и прикрыла глаза.
— Хакан, — позвал я. — Что ты видишь в этом месте?
— Неподвластны мне такие вещи, Искандер-мусафир. Здесь я словно утоп в великих песках, что поют тихую песнь. Много силы, много звуков, но все они сливаются воедино и не различить, о чём слова.
Так бы и сказал — не понимаю. Ладно, раз никто ничего не понимает, прибегнем к логике. Есть гора. В ней есть проходы, сделанные людьми. Один человек вошёл и вышел, но в другом месте. Что получается?
Получается, есть проход. Просто я неправильно его ищу.
Я сосредоточился на одном источнике, силе земли. Вспомнил, чему меня учил мастер Овражский, как слушать камень. Ведь если его слушать, то он сам всё расскажет. Стихия очень неторопливая, оттого и ждать быстрого результата было нельзя. Вот о чём я забыл, стараясь отыскать ответ.
Погрузившись в мерное гудение недр земли, я будто дышать стал медленнее. Вдох, пауза, выдох. Вдох, минута, выдох… Когда, по ощущениям, прерываться я стал минуты на две, я услышал.
Вот здесь.
Такой же камень, как и везде. Но это только на первый взгляд. На самом деле его здесь не было ещё недавно. Проход был там, но гораздо дальше, чем я искал до этого. Метров пять толщины.
Возвращаться и искать квалифицированного геолога смысла не было. Мне нужен был не безопасный путь, а просто путь. Себя я уберегу, а вот прочим и лезть нечего туда, куда я собирался.
Мне помогла яшма. Камень нужной мне стихии поделился частью силы, что значительно упростило задачу пробиться на пять метров сквозь весьма крепкую породу. Я шёл, буквально прорубая проход, за мной всё осыпалось, закрывая дорогу назад.
Искорка спокойно сидела на плече и дремала, что придавало мне уверенности. Опасности нет.
Кроме как опять больно удариться мизинцем на ноге.
Орудовал я грубо, не до изысков было. Поэтому под ногами были острые осколки, о которых я запинался, не тратя силу на преодоление банального препятствия.