Была легенда о девице, что себе заказала подобный артефакт, но не рассчитала как раз время и пролежала хладным телом долгие годы, пока не нашёл её артефактор, который и деактивировал вещицу.
Вот и здесь ощущалась женская энергия, вплетённая в начальную схему. Мнимая смерть предназначалась для хозяйки горы.
— И зачем ей это? — нахмурился я, разглядывая заготовку в виде раскрытого цветка, высеченного из малахита.
Плетение я исправил почти машинально, неточности меня раздражали практически на физическом уровне. Педантичность — известная слабость мастеров тех сфер, где внимание к деталям являются залогом успеха. Наставник мой был самым ярким представителем этого недуга. Уж сколько мне влетало за ошибки поначалу…
— А если так… — не успокоился я, отметая ненужные потоки и объединяя нити с ключевым узлом.
Удовлетворённо улыбнулся и поправил ещё несколько огрех.
До завершения артефакта было ещё далеко, но я устранил те погрешности, что могли привести к трагедии. Левандовского бы банально прибило, запусти он проверочную нагрузку, даже самую слабую. Ведь задействована магия смерти, а с ней не то что шутки, любые заигрывания фатальны.
Оглушительный сигнал к пробуждению вынудил меня вздрогнуть. И изумлённо выглянуть наружу. Неужели вся ночь прошла?
Я быстро вернул всё как было, и выскочил из мастерской. Пулей пронёсся по улице к общему дому, где был сбор горняков. С ними мне будет проще разобраться в здешней магии.
К моменту, когда подошёл Мадьяр, я уже отдышался и слегка задремал, всё же бессонная ночь не прошла даром.
— Малой? — удивился мужчина, но одобрительно хмыкнул. — Ну надо же, раньше всех явился, молодец. Ну точно говорю, сладим. Готов?
— К чему? — я простодушно улыбнулся, поддерживая легенду.
— Ко всему, — хохотнул главный и вытянул шею, рассматривая подтягивающихся к зданию работяг. — Ясно, другие новички не такие сообразительные, как ты.
— И что с ними будет? — с искренним беспокойством спросил я.
— Что… Да ничего. В первый день никто не приходит, один ты учудил. Останутся без харчей, а там посмотрим, у кого кишки первого завернёт. Мужики уж ставки сделали.
Я решил не признаваться, что уже авансом взял еды, а заодно и намекать на то, что наказание, мягко говоря, не непреодолимое. Расписку найдут, там и поговорим. Но вообще морить голодом мне казалось жестоким, учитывая что выбора-то у людей не было. Тем не менее в местные порядки я не спешил вмешиваться. Пока в речке никого не топят.
Народ собрался, и началось распределение по бригадам и зонам работ, как я понял. Мне наименования ничего не говорили, но Мадьяр уверенно сообщил мне, что я отправляюсь в «пятую». И, вопреки моим ожиданиям, назначил Павла, которого прочил в мои учителя, в другую команду.
— Сам за тобой присмотрю, — объяснил он, усмехаясь. — Жалко будет смышлёного в первый же выход потерять-то.
Меня это более чем устраивало, ведь связь его с этим местом была прочной и ощущалась без особых усилий. Чем дольше он рядом, тем проще мне будет найти необходимое.
Неожиданно в моих руках оказалась кирка. Тяжёлая, с почти чёрным от возраста древком и вся в зазубринах. Не успел я спросить, на кой магу подобное орудие, как получил ответ:
— Волшба внутри сбоить может, так что и ручками поработать придётся, малой. В основном ручками, нда.
— Это как это, сбоить? — изобразил я откровенного дурачка.
— Неужто аномалий никогда не видал? — так удивился он, что я пожалел, что переиграл, но мужчина быстро успокоился и сочувственно спросил: — Приезжий, да?
Я молча кивнул, и Мадьяр охотно ввёл в курс дел:
— У нас здесь такие вещи привычные, бац — и нет магии-то. Ничего, и ты освоишься быстро. Главное, не бдзи, ежели отрубит. Это нормально.
Его скупые утешения были столь душевны, что я проникся. И правда переживал за меня, уж как мог. Хотелось мне узнать, сколько он провёл под землёй, но такие расспросы казались неуместными. Интуиция подсказывала: спроси я, и вмиг добродушие это пройдёт.
— А вы что, тоже пойдёте? — единственное, чем я поинтересовался.
— Ну да, а чего?
— Вы же главный…
— Я кто? — его хохот улетел вверх и запутался где-то в тумане под сводом пещеры. — Главный, не ну вы слышали? — он обратился к горнякам, и те слабо заулыбались. — Ты, малой, весельчак смотрю тот ещё. Главный…
— А кто? — не отстал я.
— Я тот, кому всё ещё не плевать, — Мадьяр чуть помрачнел, перестав смеяться. — С какого-то рожна, сам не пойму… Ладно, хватит лясы точить, пора.