Равновесие, без которого не обходится ничто как в этом мире, так и в прочих, возмутилось, пошёл перекос, и пришлось воззвать к тёмному дару. Сила смерти едва смогла удерживать бьющую наповал жизненную магию. Я уже прибегнул к этому аспекту, активируя артефакты, теперь же я отдавал всё, чтобы не выпустить жизнь наружу.
— Чёрт! — я понял, что слишком близок к взятию нового ранга.
Нужно ускориться.
И я сделал самое простое, что мог. Принялся вручную раскалывать изумруд. Наспех соорудил из доступного материала инструмент. Благо в пещере был и металл, а начальный ранг кузнечного дела позволял сотворить нечто подходящее. На один раз, но мне и не нужно было больше.
Кривоватый молоток-зубило и клинья стали моими помощниками.
Прежде чем нанести первый удар, я замер. Красота этого драгоценного камня завораживала. Так жаль… Но рука подчинилась намерению, и вот первая трещина появилась на сияющей поверхности. Клин, несильный удар, ещё клин…
Когда изумруд стал похож на ежа, пусть и отдалённо, я призвал магию и ударил одновременно. Чуть не зажмурился, но сдержался.
Долгие секунды ничего не происходило.
А затем камень взорвался. Мириады осколков полетели во все стороны, словно крошечные пули. Накопитель в перстне просел наполовину, отражая атаку. Некоторые пробили внутренний купол, сплетённый из магии смерти. Последний всплеск силы жизни и… тишина.
И я рухнул на пол.
Сам не ощущал, что почти исчерпал оба дуальных источника. Канарейка, единственное существо, способное выдержать такую феерию, упорно чирикала и клевала меня в шею, не давая отключиться.
Забавно, мне нужна магия жизни, а я только что уничтожил её самый мощный источник…
— Перестань, — я пытался отмахнуться от Искорки, но птица не успокаивалась.
Последние силы я потратил на то, чтобы проверить — все связи оборваны, люди свободны. Моя жизнь еле теплилась, мне нужно просто немного полежать…
Ногу обожгло, и боль вернула в реальность. Усмехнуться я смог, ведь предпоследний камень был напитан под завязку. Пожалуй, я отдал ему почти весь дар смерти. Но что-то ещё не давало отрубиться.
Свечение!
Неужели я всё же недоделал…
В глазах начало темнеть, и я протянул руку, толком не видя, что же там. Нащупал что-то крупное, с острыми краями. Канарейка замолчала.
— Неужели! — от адреналина ко мне вернулось зрение и я разглядел то, что держал в руке.
Изумруд размером с ладонь. По его центру проходила трещина, но не это меня удивило. Он буквально сочился магией и откликнулся на моё прикосновение. Последний! Восемнадцать камней для создания врат есть.
Я смог.
Освещение внезапно пропало.
Как я всё же вырубился, не помнил. Пришёл в себя там же, лёжа на полу пещеры и прижимая к груди изумруд. Он спас меня, но остался наполненным. Человеческая жизнь для такого носителя была каплей в океане.
— О-о-ох, — застонал я, садясь.
Тело затекло, да и источники перенапряглись, так что слабость была ощутимой. Посидев минут двадцать, я попытался встать. Получилось раза с пятого, но рад я был словно это было величайшим подвигом. В чём-то так и было.
Канарейка в знак одобрения потёрлась о мою щеку мягкими перьями, и я улыбнулся ей. Казалось, что птица придаёт мне сил, те крохи, что мне как раз не хватает, чтобы сделать первый шаг. Шатаясь и волоча подошвы, я кое-как дошёл до выхода.
Привал, ещё несколько метров пути, привал…
Сколько я так шёл, я не знал. Сосредоточился на простой задаче — добраться до города и выяснить, что с людьми. Сканирование округи могло меня опять вырубить.
— Раз ты молчишь, милая, значит всё в порядке? — попробовал я выяснить новости у птицы, но она ожидаемо не ответила.
Но силы восстанавливались, пусть очень медленно, но с каждым шагом я ощущал, что меня хватит больше ещё на минуту. Вместе с физическим самочувствием налаживалось и магическое.
Я аккуратно проверил мировые потоки и споткнулся, чуть не вписавшись лицом в каменную стену.
— Это ещё что такое?
Сотни горящих ярким изумрудным светом точек. Источник не уничтожен? Не может быть!
Ускорился, наплевав на риск отключиться, я выскочил в мастерскую, проход куда уже стал постоянным. Лириана, выводя нас к изумруду, не стала закрывать дорогу обратно.
Левандовский был здесь.
Князь сидел у стола, положив голову на сложенные руки. Так и застала его активация артефакта. Он был жив, дышал глубоко и размеренно, но пока не вышел из состояния мнимой смерти. Мы сами вложили в схему деактивирующее действие, для пробуждения необходим магический импульс. Правда, сейчас у меня на это не было сил.