Низ лестницы был почти не освещен. Поэтому пацан нащупал дверь своим кошачьим зрением, так же грубо, пинком, открыл. В зале, куда мы вкатились, со световыми щелями оказалось чуть лучше. Храм, наверное, был интересен и красив - статуи, росписи, но я благоразумно смотрела под ноги. И не зря. На полу лежал скелет. И не один. Пол храма напоминал костехранилище, причем запущенное. Не то чтобы оскаленные зубы, как в ужастиках, но хорошего мало.
Тоже мне, храмы строят, на дворниках экономят. Впрочем, это же проклятый храм, тут и должно быть страшно и грязно. Или страшно грязно.
- Не бойся. Никто не станет тратить силу, чтобы они встали, - успокоил пацан, небрежно кивнув на скелеты. Ну спаси-и-ибо. То есть тут бывают и такие, которые встают? Зашибись, как здорово! Так, валим. Вон дверь наружу.
Ступени храма и ближайшие окрестности заросли высоким раскидистым кустарником. И почти не колючим - любезно с его стороны. К ступеням вела тропка, судя по состоянию, не очень популярная.
- Здесь нельзя жить, - сказал парень. - Это проклятый удел. Прийти ненадолго, найти, унести и продать - можно. Но стражам остролистого лучше не попадаться.
«Ну да, цветочки с могилки тут набрать можно, а все остальное уже украдено до нас», - подумала я, разглядывая окружающее запустение. Судя по взломанным дверям и вывернутым могильным плитам, таких умников - охотников за древностями за века тут побывало много.
Пока все складывалось не так и плохо. Если бы не болела голова. Еще на крыше я почувствовала неприятный гул в ушах, на затылок словно натянули влажную и горячую ватную шапку, а в висках застучало. Черт. А, нет, нурофен же есть. Достала упаковку, отметила, что в ней три блистера и только один почат. Это радует. На всю жизнь не растяну, но на первых порах обезболивающее, пусть слабенькое, точно не помешает.
Кинула в рот таблетку, достала бутылку. Отхлебнула, поймала взгляд старушенции, подавила секундное сомнение, протянула. Та удивленно оглядела пластик, потом дала внучку, тот жадно отхлебнул и отдал обратно, старушка допила.
- Мы найдем воду, - сказала она, возвращая пустой сосуд. Ободренная обещанием, я засунула его в сумочку и спросила:
- Почему этот храм проклят?
Вообще-то в голове крутился другой вопрос: что это за мир хренов? Но нельзя же так прямо.
- Это был храм людей - сильных и беспощадных магов, - ответила старушка. - Люди владели этим миром и держали в покорности остальные расы. Когда народы восстали и захватили Город, маги людей отступили в этот храм и лишили себя жизни, породив Великую кару. Теперь в Городе живут пять народов, а часть посередине осталась ничейной. Здесь торгуют и живут те, кто не принадлежит одному из пяти Домов. А тут - проклятый удел и жить нельзя.
«Ну как обычно, люди всех заугнетали, и им устроили революцию. А они напоследок дерябнули какую-то свою ядерную бомбу. Все ясно и понятно, - подумала я. - И как всегда, после революции особо лучше не стало, если судить по рабскому аукциону в подземелье. Как, кстати, эта парочка попала на него?»
Я подумала-подумала, да и спросила об этом вслух.
- Мы жили далеко от проклятого сердца мира, вольным племенем, на берегу реки. На поселок напали охотники за рабами. Мой муж, я и Игги, - показала она на паренька, - попали к одному хозяину. Муж был искусным мастером над кореньями силы, поэтому нас держали вместе. Мы были полезны хозяину и уже долго жили в Городе. Но недавно мой муж умер, хозяин сказал, что на нового садовника нужны деньги, поэтому нас решили продать.
Пока бабушка рассказывала, мы выбрались из зарослей.
- Тут проклятый удел кончается и начинаются Ничейные кварталы. - Бабулька покрутила носом и спряталась обратно. - Пусто. Хорошо. Можно уходить.
Малец, который тащил за собой в поводу нашего ослика, тоже высунул голову из-под куста, осмотрелся и вдруг сдернул у животного мешок с морды, ловко шлепнув его прутом по крупу.
- И-и-их-х-хи-и-и! - взвизгнул он, как-то особенно добавив в голос противности. Осел в ответ на такое подпрыгнул, заржал и галопом унесся по заброшенной улочке.
- Его ищут, - пояснил парень на мой недоуменный взгляд. - Нас тоже, но он стоит дороже, поэтому искать будут сильнее. Пусть бежит и погоню уводит.
«Спасибо, утешил», - подумала я и вслед за бабкой зашагала по первой улочке Ничейных кварталов.
Глава 6
Лимеас из клана Остролиста:
Начальник приходит на службу раньше всех, только если дела идут плохо. Сегодня мне сообщили в присланной сводке, что за ночь в Городе зафиксированы три кражи и пьяная драка в таверне «Перекресток». Украдено немного, драчуны живы. Поэтому бежевый лист сгорел на углях под кофейным сосудом, а быстрокрыл вернулся в Башню пустым. Что значило: буду как обычно.