Низенькая, с более чем пышными формами, служанка бочком обошла диковинную даже для этого мира особу и быстро прошмыгнула за порог. Ульяна и Георг двинулись следом. Проходя мимо отца, магесса услышала недовольное замечание оного по поводу её личины:
– Могла бы постараться и изменить свой облик на прежний. Надо же, как долго тебе удавалось водить меня за нос!
– Я пробовала. Не получается, – она многозначительно вытянула вперёд руки, закованные в бриллиантовые наручники. – Вынуждена признать: мой предок – не абсолютная бездарность.
Ирония в её голосе сочилась ядом. А как же! Был бы папаша в самом деле талантливым и невероятно сильным артефактором, прибег бы к помощи иного, не внушающего доверия мага? Вальдемара перекосило от гнева. Его рука дёрнулась. Желание физически отплатить дочери за нанесённое моральное оскорбление разрывало на части, но магистр сдержался: не время!
– Я зайду к тебе позже! – процедил он сквозь зубы, разворачиваясь и удаляясь в противоположное крыло дома.
Ульяна отметила, что дополнительных указаний относительно комнаты для Георга не последовало, а это значит, она была приготовлена заранее. Вальдемар не желал оставаться в неведении! Страж должен следить за строптивой ведьмой день и ночь. Отчёт о каждом её шаге и действии должен лежать на рабочем столе всемогущего Кроффа ежедневно.
Доведя черноглазую бестию до нужной двери, девушка лишь указала рукой в сторону и тут же испарилась.
Ульяна довольно улыбнулась и решительно вошла в свою новую, полную комфорта и роскоши тюрьму. Её размах и убранство поражали самое смелое воображение: щедрая позолота, изящная лепнина, богатая драпировка стен, не изысканная, но очень добротная и красивая мебель, вычурные зеркала, большая мягкая кровать с высоким балдахином из шёлка, толстые ковры ручной работы в тон изумрудных штор, а ещё множество ненужных, достаточно затратных и симпатичных мелочей. Но единственное, что в самом деле порадовало тёмную душу магессы, – идеальная чистота. Женщина подошла к окну. Толкнула рукой массивную раму. Створки медленно распахнулись, и мир снова наполнили звуки. Нежное щебетание птиц растворялось в шуме ярко-зелёной листвы, а летний ветерок изо всех сил старался согреть каждый уголок помещения тёплым дыханием природы.
– Что бы Он ни предложил тебе – соглашайся, – прошептала Ульяна стоящему за её спиной Георгу. – Вальдемар хитёр, а ты торгуйся: мне понадобятся кое-какие средства из твоего кармана, мой рыцарь.
– Я сделаю всё, что должен, моя госпожа, – ответил мужчина.
– Зная отца, могу предположить, что уже через несколько минут, кто-то из слуг постучит в эту дверь и сообщит о желании хозяина увидеться с тобой наедине. Посему ступай в свою комнату, а я подумаю о насущном.
Несложно было догадаться, что единственная примыкающая к шикарным апартаментам комнатка со скромным убранством предназначалась именно Георгу. Так даже лучше. Привычнее. Жить с шиком Георг никогда не мечтал. Всё, чего ему в жизни ранее недоставало, – лишь пары непроглядно-чёрных глаз с умирающими звёздами.
Молодой человек неслышно вышел за дверь. Долг перед страной и ковеном давил на сознание, а чувства к хозяйке зловещих очей сжимали сердце. «Чего стоит кучка лжецов? – думал страж. – Они одурачили мир! О, если бы каждый смог увидеть то, что стало доступно мне! Но многих ли это изменит? Разве не эти люди ждут ковенских подачек? Они напрочь забыли о том, что лишь благодаря труду и упорству можно достичь желаемого! Нет... Даже поголовное прозрение не сможет что-либо здесь изменить. Так нужен ли такой мир вообще?»
Робкий стук в дверь положил конец его размышлениям. Госпожа не ошиблась. За ним пришли.
ГЛАВА 6
Ульяна печально улыбнулась: предчувствия не обманули. Да и предчувствия ли это были? Нелюбимая дочь хорошо изучила привычки и стиль жизни отца. Всякий раз, находясь в его обществе, молодой адептке приходилось контролировать свои собственные действия и мысли. Без труда она определила и то, как Вальдемар Крофф догадался о её способностях. Магесса знала, что рано или поздно придёт день, когда артефактор заглянет в сундук, где хранился отобранный им у дочери хлыст, но очень надеялась, что к тому времени она будет далеко. Возможность начать новую жизнь в новом мире оказалась даром небес.