– Ульянушка, милая, ждём тебя, как земля солнышка! Задай ты им жару, супостатам окаянным! Так задай, чтоб навеки запомнили! Чтоб, тебя вспоминая, зубы от злости крошили, да поделать ничегошеньки не могли!
Второй, заразившись азартом младшего, коня остановил, тоже во весь рост поднялся да как крикнет:
– А Алексашке-предателю передай, что как оборачиваться начну, из-под земли его отрою и уши отгрызу, словно псу дикому, который за кусок хлеба руку подающую кусает! Дабы все знали, что тварь он неблагодарная! Мы твои наказы строго выполняем! Вот из школы едем! Сердай с Колодаром нас в беде не бросаю-ю-ю-ю...
Проплыла картинка, закрылась, другие ей на смену пришли, яркие, солнечные, зелёные, голубые, оранжевые... Люди с цветом кожи, что будто отваром луковой шелухи намазана, а за ними совсем чёрные появляются. Да только не до них Ульянушке, не до них! Печаль в лапе своей мохнатой сердце хозяйки леса зажала. «Так вот зачем тебе нужна копия Многогранника Времени. Хочешь сам, без посторонней помощи, находить богатейшие миры! Благодаря копии ты сможешь заглянуть в каждый их уголок! Ты сможешь изучать дно пещер и океанов, нырять без разрешения в недра чужой земли и решать, стоит ли она твоего внимания! Обладая таким артефактом, ты потребуешь кресло владыки! И все, как один, согласятся! Ибо нет среди магистров того, кто на подобное был бы способен! Ты будешь использовать артефакт как дополнительную подпитку для большого купола и искать возможность открыть доступ в закрытые зоны. Твоим именем назовут начало конца. Не всякий мир сдастся без боя. Беззащитных – ковен разорит до нитки, а голод и нищета завершат чёрное дело. Сильные – начнут сопротивляться и погибать в кровопролитных боях. Алчные – продавать оружие и подписывать договоры о неприкосновенности, а хитрые магистры щедро давать обещания, но лишь до тех пор, пока не поймут: ковен готов поставить на колени и их! Ты безумец, отец!»
Из пустых глаз Улианы текли горячие слёзы. Наполняясь горечью, они катились по бледным щекам, собирались на остром подбородке и тяжело падали вниз. Кап-кап-дзынь, кап-кап-дзынь...
Испугалась Улиана: только теперь вспомнила, что чертёж ценный тут же, под шаром и под локтями лежит. Эх, испортила! Пока слёзы высохли, пока успокоилась, глядь, а бумага сухая. И только в шаре заветном ручейки прозрачные с места на место перемещаются. Потрогала его рукой Ульянушка, а он тёплый, будто только из-за пазухи вынула да перед собой положила.
«Видать, слёзы мои горячие самородок в себя вобрал. Теперь эту вещь без присмотра не оставишь... Часть боли душевной моей она в себе несёт, а такие предметы беречь как зеницу ока следует», – взяла шар в руку да пошла в покои. Знатный артефактор из неё сегодня всё равно уже не получится!
А Артемий с Михейкой тем временем к воротам дома, что родным стал, подъезжали. Всё им голос хозяюшки покоя не давал. Не могло ведь сразу двоим такое почудиться! Не могло! Да и Серко неспокоен. Ушами во все стороны водит, головой мотает, как бы прося вернуться и проверить: а вдруг не ошиблись, вдруг в самом деле хозяйка звала.
– Успокойся, не мути воду в проруби! – ласково трепля коня по холке, приговаривал Михей. – Даже если это Ульяна была, видать, далёко её забросило. Может, это ей судьба подарок на мгновение сделала, чтоб знала: есть за что сражаться!
– Прав ты, Михейка, – поглаживая морду Серко, соглашался с братом Артемий. – Не пирогами потчевать её туда забрали! Знать, нужна кому-то в том мире головушка её светлая. Эх, малы мы ещё! Пользы с нас как с козла молока!
Тем временем старший брат деловито коня распрягать начал. А младшему тряпицу мягкую подал, велел обтереть их друга беспокойного, если где испарина осталась.
– Ты, Артемий, неверно рассуждаешь. Мы с тобой не для красоты в этом доме живём. На нас, почитай, всё хозяйство держится. И не только. Вот давеча бабы из селения приезжали за настойками. Мы-то с тобой видели, кому что хозяюшка продавала.
– Да они и сами нам сказали! – согласился младший. – Вот только правильную ли цену взяли?
– Правильную! У меня, сам знаешь, на числа память отменная!
– Ну, это – да! Не поспоришь. Опять же, на базар с утра ехать надобно! Яиц полным-полно насобиралось за последние дни. Продать бы.