Всю ночь Викториана, Георг и Сердай рассказывали друг другу в мельчайших деталях о том, что с ними произошло за время пребывания хозяйки леса в мире ковена. Георг без утайки поведал собеседникам о невероятной магической дымке, что так легко подчинила его загадочной узнице, и каким именно образом бравый воин стал личным сопровождающим магессы.
Викториана молча слушала содержательные откровения блондина. Время от времени женщина слегка приподнимала правую бровь, загадочно улыбалась, искривляя губы в победоносной ухмылке, и анализировала каждое слово рассказчика. А глава оборотней всё это время внимательно следил за мимикой ведьмы, рассматривал дорогую деревянную мебель в её доме и думал о том, как Ульяна похожа на свою прародительницу и повадками, и привычками, и даже тем, с каким изысканным и тонким вкусом обе женщины умеют обустроить свой быт.
Викториана жила за чертой города. Её дом ютился в маленьком сосновом лесу. Широкие ветви деревьев надёжно укрывали добротный дубовый сруб от любопытных глаз нежелательных гостей. Оборотню на мгновение, буквально на долю секунды, показалось, что он снова очутился в мире Белая Сторона, а на крыльцо лесного терема вот-вот выйдет Ульянушка.
Ведьма, как и полагается хозяйке дома, первая поднялась на резное крыльцо, мысленно прочитала короткую строчку охранного заклинания и плавным жестом руки отворила тяжёлую дубовую дверь.
Сердце Сердая встрепенулось раненой птицей. Ворота, двор, дом, крыльцо, женщина, приглашающая гостей пройти в сени и назвать своё полное имя перед порогом, – всё это снова и снова наталкивало вожака на мысль о том, что не зря в ту далёкую ночь появилась Викториана у костра, вокруг которого община оборотней держала совет. Не зря статная женщина с метлой в руке говорила о мире Белая Сторона. Ох, не зря... Знала она тот мир, как свой собственный, ведала, что народ там добрый и приветливый, что не только оборотни в той стороне счастливо заживут! А уж когда в горницу Сердай зашёл и по углам глянул, враз сообразил: в крови это у династии красноволосой! Сомнений быть не может! Викториана в мир ковена из Белой Стороны пожаловала. По всему видно: и для хозяйки леса, и для прабабки её Белый мир – земля родная, колыбель ласковая!
Долго Сердай вспоминал ночную беседу. А ещё о том, как шли они с Георгом обратно сквозь лесок сосновый, через дворы убогие и молчали, будто воды в рот набрали да проглотить боялись. Только у самого особняка служивый в глаза нечеловечьи попутчику своему посмотрел, молвил тихо: «Я расскажу ей», – да был таков.
Сон одолел вожака с первыми лучами солнца. И снилась оборотню сторона родная с лесами высокими, реками полноводными, полями широкими, солнце яркое да любушка ненаглядная. Обнимала его руками своими ласковыми Ульянушка и слова добрые на ушко шептала. И сердце волчье от радости заходилось, и душа парила в благодати, и казалось, что одним взмахом руки горы свернуть под силу!
Не зря Сердаюшке на душе так тепло и пригоже было. Ульяна в тот момент только о нём, сердечном, и думала. Георг ей обо всём поведал. А от себя весомо добавил, что с таким, мол, мужиком, как вожак из мира далёкого, она себя королевой чувствовать должна и святую веру в любовь беззаветную, словно искорку ценную, по жизни нести. Рассказал служивый и о том, какими глазами свирепыми оборотень на него смотрел, пока не убедился, что друг перед ним стоит, а не враг. И о том, как Викториану одним прыжком необузданным с неба сорвал, к земле лапами крепко прижал и отпустил, только когда понял, что за незваная гостья в ночь с неба пожаловала. А ещё не забыл упомянуть о том, с какой тоской в глазах Сердай на сруб деревянный поглядывал да думы невесёлые думал.
۞۞۞
Это утро стало особенным. Крылья за спиной выросли: есть теперь и защита, и опора, и друзья надёжные рядом. Знать, пришло время работу над самородком завершать да того, кто кары заслуживает, щедро ею «попотчевать». День Улиана начала с медитации, короткой прогулки и чрезмерно сытного завтрака. Сил сегодня много понадобится. Самые капризные и самые важные грани с нетерпением ждали появления на свет. Каждая из них должна была стать символом четырёх могучих стихий: Воды, Огня, Земли и Воздуха.
Магесса отдёрнула плотные шторы, распахнула настежь окно, прошлась по периметру мастерской, немного потопталась на одном месте, как бы собираясь с мыслями, и сделала решительный шаг в сторону машины для огранки алмазов.