Через несколько минут, стоя под струями горячего душа, магесса в деталях вспоминала вечер предыдущего дня. В сознании настойчиво пульсировал вопрос: куда делась копия Многогранника?
Тот же вопрос не давал покоя и великому Кроффу. Всю ночь он строил нелепые предположения, пытался анализировать поведение своих лазутчиков, старался разглядеть подвох со стороны Георга и уличить дочь в краже, но домыслы оставались лишь домыслами. Вместо ожидаемого прозрения, к уже имеющимся иксам Вальдемар получил ещё парочку неизвестных. Нервно поправив лиловый плащ и передёрнув тонкую портупею с прикреплённой к ней шпагой, магистр отправился туда, где его белобрысые отпрыски познавали премудрости сыска и шпионажа.
Лишённые рук сыновья вальяжно разгуливали вдоль тренировочного поля, на котором, активно размахивая оружием, седьмым потом обливались их коллеги по службе. Увидев размашистую походку отца ещё издали, братья попробовали укрыться за какой-нибудь преградой на полосе препятствия, но нерасторопность и здесь сыграла не в их пользу.
– Подойдите ко мне! Оба! – скомандовал магистр, сурово глядя на сыновей.
Недостойные чада, опустив головы, медленно двинулись навстречу. Они не знали, что именно заставило отца лично нанести визит столь жалким отродьям, какими, по его мнению, те являлись. Предчувствия надеждой не тешили. Несмотря на скудный ум, каждый из них понимал: будь у великого Кроффа всё в порядке, услуги шпиков-недоучек ему вряд ли понадобились.
– Сегодня и все последующие дни, ровно до того момента, пока не получите новый приказ, каждый из вас должен, не щадя ног, обходить все, я повторяю: все питейные заведения, и внимательно слушать! Пусть ни один разговор не ускользнёт от ваших ушей!
Вальдемар Крофф скептическим взглядом смерил сверху донизу сыновей и с ядовитой колючкой в голосе добавил:
– Берегите уши, сосунки! Отменный слух – единственное, чем вы ещё можете быть полезны.
Не вдаваясь в более тонкие детали задания, магистр круто развернулся спиной к потомкам и той же размашистой походкой поспешил прочь. Сегодня он планировал осчастливить своим визитом ещё нескольких полезных особ. Невидимая, сплетённая из проблем удавка всё сильнее затягивалась на шее мага. Больше всего артефактор боялся сделать ошибку именно сейчас, на завершающей стадии авантюры. Самоуверенный комбинатор не знал, что все возможные оплошности и грубые, чреватые крахом просчёты он уже совершил... Недаром кто-то из мудрых сказал: «Имей больше ума, чем самолюбия». Но такие, как Вальдемар Крофф, подобных изречений не знают, они нахрапом идут к призрачной цели, устилая свой путь неудачами.
Поднимаясь по широкой лестнице ковена, магистр не переставал думать о том, кто мог похитить копию Многогранника Времени? Диметрил, клянясь в вечной преданности, уверил хозяина, что никто из посторонних ни на территорию имения, ни тем более в сам особняк не заходил. «Значит, Улиана? А может, её личный страж? – рассуждал маг. – Для полного выяснения дела я вынужден буду отдать дочь и смазливого блондина в руки мастеров-дознавателей. Жуткие личности, но ради собственного блага нужно поступить именно так. Чёрт! Ненавижу темницу! Но снова придётся туда наведаться».
Не дойдя всего несколько метров до двери ковенских палат, Вальдемар Крофф остановился, оглянулся по сторонам и медленно зашагал вдоль стены из гранита.
Запах сырости и смрад отхожих мест заставляли желудок магистра сжиматься в болезненных судорогах, мужчине казалось, что ещё немного, и всё то, что было съедено на завтрак, организм беспощадно отторгнет. Это непременно случилось бы, не появись перед визитёром закутанная в бесконечное количество чёрной ткани фигура, которая, не проронив ни слова, поманила за собой.
Прошло несколько долгих минут, и ведущий в самое дно подземелья коридор закончился вытянутым залом с низкими стенами, покрытыми большими каплями влаги.