Каково же было его удивление, когда Викториана развернула дощечки поперёк стола и начала быстро сосредоточенно касаться пальцами замысловатых символов. При этом доска с азбукой была расположена внизу, под ладонями ведьмы, а чистая, вверху, отливала нетронутым глянцем.
Через минуту ожила и вторая табличка: она заиграла странными бликами серо-голубого цвета. Сквозь него один за другим стали появляться буквы древней грамоты. Цепляясь друг за друга, они складывались в слова и даже целые предложения. Глаза Викторианы вспыхнули, будто два ярких алчных огня. Она всё быстрее ударяла пальцами по символам и кривила губы в победоносной улыбке.
– Ульяна в сокровищнице Вальдемара. Она снова может управлять «Книгой древних!» – не в силах сдержать ликование, прошептала ведьма.
– Что она там делает? – интерес и вместе с тем недоумение заставили Сердая наклониться к табличкам поближе и внимательно присмотреться к неведомым закорючкам.
– Да то же, что и я, только по книге пальцами стучит, буквы нужные выбирая. Эх, были времена, много чудных вещичек мы с Улианой придумали. А всё благодаря «Книге древних»! Знал бы Вальдемар, что за чудо у него в сокровищнице пылится, с ума бы сошёл.
– Но откуда Ульяна могла знать, что Александр не отдаст Вальдемару тетрадь? А если бы просчиталась? Если бы тот, как порядочный наёмник, взял да отнёс хозяину находку.
– Запомни, вожак, заруби это на своём волчьем носу раз и навсегда: ничего никогда и ни при каких обстоятельствах любушка твоя без расчёта не делает. Приглядываться к своему гостю незваному она с первой секунды начала, как его у себя во дворе узрела, а думать, во что его визит выльется, – со второй. И пока он планы строил, как хозяйку леса из Белой Стороны умыкнуть, она тоже времени зря не теряла. Поняла, зачем пришлый явился. В её доме чихнуть без ведома хозяйки не получится, не то что в руки принадлежащую ей вещь взять или яблоко с тарелки стащить да съесть. Душонку его она сразу почувствовала. Уж не знаю, каков с него чтец душ, хорош ли, плох, да вот только любой знает: если маг одному высшему магистру продался, то и другому не откажет. Подобные типы всегда идут под крыло к тому, кто теплее пригреет.
– Не поспоришь...
– Ты мне лучше вот что скажи: ливень специально вызвал, следы свои с мостовой хорошенько смыть?
– Ясное дело!
– А кражу тетрадочки чем прикроешь?
– И это продумано!
Гроза разыгралась не на шутку. Город опустел. По улицам столицы текли грязные потоки дождевой воды. В одно из настежь открытых окон ударила молния. Странно, но в маленькой неухоженной квартирке сгорела только кровать. Сгорела дотла, как и подобает ветхому деревянному предмету. На весь дом пожар не распространился лишь благодаря проливному дождю.
ГЛАВА 23
День близился к закату. Ульяна давно покинула сокровищницу и остаток дня занималась анализом переписки с Викторианой. Георг несколько раз пытался завязать с подопечной разговор, но та лишь коротко отвечала на вопросы и всё глубже погружалась в думы.
– Пойдём-ка лучше чаю попьём, – тихо сказала магесса. – Время позднее, а ночь у нас с тобой впереди нелёгкая.
– Если предчувствия меня не обманывают, закат мы встретим за пределами особняка, – глядя на то, с какой неохотой чародейка шагает в направлении столовой, предположил страж.
– Что бы сегодня ни произошло – держись в стороне, наблюдай и вмешивайся только в самом крайнем случае.
– Я должен...
– У тебя нет долгов, верный страж, но у тебя есть честь. Оставь магическое противостояние магам, а сам делай то, что ты умеешь делать лучше всех остальных наделённых силой особ, – смотри на вещи реально. Уж поверь, случиться может всякое, а маги полагаются лишь на магию. Но порой обычный человек может сделать больше, чем самый одарённый магистр.
Георг шёл позади чародейки. Время от времени он поглядывал на её напряжённую спину и понимал: чаепитие не состоится. Брючный костюм Ульяны, удобная, слишком мягкая обувь и сосредоточенное лицо – всё без исключения наводило служивого на мысли о готовности магессы в любой момент ответить достойным ударом на выпад противоборствующих сил. «Сегодня нас ждёт славная битва, – размышлял страж. – Я не знаю, где она состоится, но мои старые шрамы уже почёсываются, а они предупреждают лучше, чем тайные депеши с планом предстоящего сражения». Он не успел подумать о чём-либо ещё: раздался громкий хлопок входной двери, а вслед за ним звук слишком быстрых, решительных, нервных шагов. Как бывший военный, Георг догадался: стражники ковенских подземелий пришли по их души – его и дочери Кроффа.