За воротами Занила ничего странного не заметила, однако она и так чувствовала, что нужно спешить, оружейник Веремир, говоря о людях князя, которые с минуты на минуту должны появиться здесь, не врал. Оглянувшись на ворота, она увидела, что человек тоже вышел со двора и запрыгнул на высокого вороного жеребца, который был привязан рядом с конями оборотней. Занила ударила каблуками в бока своего Серебра, заставляя его с места сорваться на рысь, и заметила, что оружейник поступил также, и теперь лишь на несколько аммов отставал от стаи, резвой рысью несущейся вверх по улице. Она подождала, пока несколько перекрестков останутся за спиной, а потом резко осадила своего коня и обернулась к человеку.
- Зачем ты скачешь за нами? - бросила она, впившись взглядом в его лицо. Ее оборотни на своих лошадях нетерпеливо гарцевали вокруг них. - Возвращайся в свою кузницу, оружейник Веремир! Я разрешаю тебе это!
Человек усмехнулся, глядя в ее глаза, открыто уверенно и совершенно бесстрашно:
- Возьми меня с собой, Хозяйка Леса!
Занила задохнулась от изумления, скользя взглядом по его лицу, пытаясь понять по яростному сиянию его глаз, не ослышалась ли она.
- Ты меня не боишься? - спросила она, как будто эта очевидная истина еще нуждалась в подтверждении. А может быть, она просто не знала, что еще можно сказать. Оружейник уверенно качнул головой:
- Я не умею бояться чего-то настолько прекрасного!
Занила фыркнула. Кажется, самообладание понемногу возвращалось к ней. Или наоборот, покинуло ее полностью, и она научилась жить без него!
- Ты глупец, если считаешь так! - усмехнулась она. - Глупец, который хочет умереть!
- Наоборот, я хочу жить!
Их взгляды встретились, и в сине-стальной глубине Занила увидела что-то такое, что заставило ее сердце остановиться, а в следующую секунду забиться снова, в тысячу раз сильней!
- Мы уезжаем из Кетроси, оружейник Веремир! - бросила она как самый последний аргумент, но человек лишь с громким хеканьем вонзил каблуки в бока своего коня, направляя его в сторону городских ворот. И Занила, с трудом удерживаясь от того, чтобы не захохотать в голос, от переполнявшего ее чувства свободы, сделала также!
Они, не сбавляя скорости, проскакали через городские ворота, в которых снова никто не подумал их останавливать, и понеслись через замерзшую реку, а потом по дороге, взбиравшейся на холм. Они подождут остальную стаю на его вершине, и Занила очень надеялась, что ожидание будет недолгим. Серебро под ней то и дело взбрыкивал, норовя перейти на стремительный галоп, и Кай'я Лэ знала, что это не коню, это ей самой, хочется нестись вперед, лететь, рассекая морозный воздух, чтобы редкие деревья по обочинам слились в неразборчивое серое марево. Ее больше ничто не держало! Она уже давно знала свою цель, а теперь ей был известен и путь! Лес звал свою Хозяйку, сила ждала ее, где-то там, у истоков Ледеры, на берегу Черного озера. Она найдет! Это просто, когда твоя суть ведет тебя!
Байд поравнялся с ней, заставив своего коня нестись по дороге рядом с Серебром. Оборотень чувствовал, что Хозяйка больше не сердится на него за устроенную в доме купца охоту. Ее радостное возбуждение передалось всей стае, и оборотни готовы были нестись за ней на самый север княжества. Они уже знали, какая награда их ждет! Впрочем, командир гвардии сейчас думал не об этом. Он повернулся к Кай'я Лэ.
- Ты, кажется, говорила, Хозяйка, что в городе нам всего лишь нужно найти одного человека? - бросил он, перекрикивая свист ветра в ушах. Занила вспомнила, как ее когти одним ударом разорвали человеческое горло, и усмехнулась в ответ:
- А закончилось, как всегда, отличной охотой!
Двое оборотней, хохоча в голос и нахлестывая коней, наметом неслись по заснеженной дороге, прочь от последнего на северо-востоке Вольных княжеств крупного человеческого города.
Глава 2. На север
Вольное княжество Равен, к северу от Кетроси. Зима 1278 года от Сотворения мира.
Стая четвертый день неслась через лес. Точнее - стая, ее Хозяйка и человек, примкнувший в Кетроси к оборотням, - оружейник Веремир. К удивлению Занилы ее гвардейцы, которых она дождалась за городскими воротами, не слишком-то сильно удивились присутствию незнакомого человека рядом с их Кай'я Лэ! Веремир, конечно, удостоился нескольких заинтересованных взглядов, но никто из оборотней не попытался выказать недовольство тем, что он присоединился к стае. И Занила каким-то, свойственным, наверное, только высшим оборотням чутьем понимала: это не оттого, что они боятся пойти против воли Кай'я Лэ, оспаривая ее решение. Просто оборотням нескольких взглядов и пары часов общения с этим человеком оказалось достаточно, чтобы, если не начать считать его равным себе, то хотя бы принять его как достойного находиться среди стаи! А может быть, они признавали за ним право заслужить однажды возможность и самому стать оборотнем? Занила не знала. Она пыталась вспомнить себя, когда она только появилась в годрумском поместье стаи, как относились к ней оборотни, и все равно не находила ответа. Определенно, она прожила среди Хозяев Леса слишком мало времени, чтобы досконально изучить их обычаи. Она слишком быстро стала Хозяйкой... А когда она возглавила стаю, ей стало совсем не до этого. К тому же теперь у нее всегда была возможность просто отдать приказ и не сомневаться, что он будет выполнен. Как оказалось, власть Хозяина в стае настолько абсолютно, что он может одним своим словом перевернуть с ног на голову любые обычаи и традиции! И Занила этим и собиралась воспользоваться! Ее звал Лес, ждущий за северной границей обитаемых людьми земель, и она неслась к нему, не желая тратить время на решение каких-то теоретических вопросов! Захотел человек присоединиться к ее стае? Он не мешает ей? Не вызывает недовольство ее гвардейцев? Что ж, значит, пусть скачет вместе с ними. Конечно, лишь пока он в состоянии поддерживать заданную Хозяйкой скорость и не падать с седла от усталости!
Впрочем, на последнее Заниле пока не приходилось жаловаться. Могучий вороной конь оружейника ничуть не уступал лошадям оборотней, и сам человек скакал четвертый день, не выказывая ни малейших признаков усталости и даже не думая жаловаться или просить раньше времени остановиться на отдых. Как-то так получилось еще с самого первого дня их бешеной скачки, что его вороной пристроился сразу за Серебром, то есть человек оказался к Заниле ближе, чем все оборотни ее стаи. Она была уверена, что уж это-то точно вызовет недовольство среди ее гвардейцев, особенно со стороны Байда, весьма трепетно относившегося к своему положению при Кай'я Лэ, но возражений снова не последовало. Оборотни словно признавали: человеку действительно лучше всего постоянно находиться рядом с Хозяйкой - единственным высшим оборотнем в их стае - единственным, кто, что бы ни случилось, никогда не поддастся внезапной жажде крови и не устроит на него охоту! И снова в голову лезли воспоминания о том времени, когда она была единственным человеком среди стаи оборотней в их годрумском поместье. Ее ведь тоже старались не оставлять с простыми оборотнями наедине, всегда рядом был оборотень высший!..
Занила гнала от себя эти мысли. В них самих не было ничего плохого, но вот воспоминания... От них хотелось выть в голос в бессильной тоске, которая, не смотря на все прошедшие дни и отделявшие ее теперь фарсахи, ничуть не становилась слабее! И дорога, послушно стелящаяся под копыта коня, позволяя покачиваться в седле и бездумно смотреть вперед, только ухудшала ситуацию просто потому, что оставляла слишком много свободного времени, а значит, пустого места в голове, которое воспоминания так и норовили занять! Впрочем, промучившись два дня, где-то вчера к полудню Занила неожиданно нашла выход. Оказалось, что достаточно лишь обернуться на человека, скакавшего справа и чуть позади нее. Оружейник Веремир ехал, уверенно сжав в руках поводья своего коня и чуть наклонившись к его шее. Капюшон его волчьего полушубка из-за мороза и ледяного ветра в лицо был низко надвинут на лоб, скрыв его волосы. И по сравнению с темно-серым мехом его голубые глаза, казалось, сияли еще ярче, будто в них отражался каждый лучик далекого зимнего солнца, которому удавалось пробиться под своды деревьев. Словно почувствовав ее взгляд, человек обернулся к Заниле. Его твердые губы едва заметно дрогнули, складываясь в улыбку. А Кай'я Лэ думала о том его взгляде, что сиял еще секунду назад, когда он смотрел вперед, в ту неведомую точку, скрытую за горизонтом, к которой он готов был нестись день и ночь напролет, не жалея ни коня, ни самого себя! Она знала этот взгляд. У нее самой, наверняка, был такой же! Она скакала к Лесу, к древнему заброшенному храму, что видела в своем сне, к Силе, что была обещана ей... И теперь ей, кажется, не даст покоя вопрос, что же так звало вперед человека?