— Представляю себе, какой это был удар для вас!
Она улыбнулась мне.
— Вы боитесь, что что-нибудь подобное может произойти и с вами. Не исключено, ведь леди Треслин намерена выйти замуж за Коннана ТреМеллина.
— Вы так думаете?
— Я уверена в этом. Я чувствовала, что между ними что-то есть. В конце концов он вдовец и не похож на мужчину, который может жить без женщины.
— А за вами он тоже ухаживал?
Она пожала плечами.
— По крайней мере, леди Треслин возомнила, что от меня исходит некая опасность, и поэтому решила избавиться от меня.
— Какой она страшный человек! Славу богу, мисс Нанселлок не такая.
— Да, она была очень добра ко мне. Она была с ними, когда они пришли обыскивать комнату, но потом, когда я собирала вещи, она снова зашла ко мне и сказала: «Я очень огорчена происшедшим, мисс Дженсен. Я знаю, что вы не виноваты, ведь правда?» Я говорю: «Мисс Нанселлок, клянусь вам, я не брала браслета!» Я была на грани истерики. У меня было очень мало денег, и я не знала, что мне делать, как найти работу после того, что случилось, ведь на рекомендации мне надеяться не приходилось. И тогда она пообещала мне место в семье своих друзей и одолжила немного денег, чтобы как-то перебиться, пока это место освободится. Я уже вернула ей деньги и поблагодарила ее за помощь, но на самом деле мне с ней никогда не расплатиться за ее доброту. Ведь она просто спасла меня! — Она снова улыбнулась. — Но теперь уже все это позади, — сказала она. — Я выхожу замуж. Он — врач семьи, в которой я служу, и их хороший друг. Через шесть месяцев моя карьера гувернантки закончится.
— Поздравляю вас. Между прочим, я тоже скоро выхожу замуж.
— Но это же замечательно!
— За Коннана ТреМеллина, — добавила я.
Она изумленно уставилась на меня.
— Вот как, — пробормотала она. — Я желаю вам счастья.
Я видела, что она смутилась и старалась вспомнить, что она успела сказать о Коннане. При этом я чувствовала, что мое счастье с Коннаном вызвало у нее некоторые сомнения. Разве я могла объяснить ей, что я предпочла бы один трудный год с Коннаном целой жизни мира и покоя с кем бы то ни было другим?
— А почему вы захотели встретиться со мной? — спросила она после минутного молчания.
— Потому что я много слышала о вас. Они вас часто вспоминают. Элвиан была очень привязана к вам. Кроме того, я хотела бы кое-что узнать от вас. Например, что вы думаете о Джилли?
— Бедная маленькая Джилли, маленькая Офелия. У меня всегда было чувство, что однажды мы найдем ее в ручье с розмарином в руках.
— Девочка пережила сильное потрясение, вы знали об этом?
— Да, лошадь первой миссис ТреМеллин чуть не зашибла ее насмерть.
— Вы, должно быть, приехали в Маунт Меллин вскоре после смерти миссис ТреМеллин?
— Да, но передо мной были еще две гувернантки. Они уехали, потому что, как мне говорили, им в каждом углу мерещились призраки. А я, наоборот, так люблю старинные дома, что призраками меня не напугаешь.
— Джилли показала мне потайное отверстие в стене вашей комнаты. Вы о нем знали?
— Да, но я заметила его только где-то через три недели после приезда.
— Я не удивлюсь, ведь все эти глазки очень умело замаскированы.
— А вы знаете о глазках в солярии? Один смотрит на главный холл, а второй — на часовню. В те времена, когда строился дом, эти помещения были самыми важными.
— Вы так много знаете об этом! А в какое время был построен Маунт Меллин?
— Ближе к концу елизаветинской эпохи. Тогда присутствие католических священников в доме должно было держаться в тайне. Поэтому, наверное, они и придумали все эти потайные окошки и тому подобное. Между прочим, мисс Нанселлок прекрасно разбирается в старинной архитектуре и очень интересуется ей — в этом мы с ней были заодно. Кстати, она знает о нашей встрече?
— Нет, я никому о ней не говорила.
— Вы хотите сказать, что вы поехали сюда, даже не сказав об этом своему будущему мужу?