— А я говорю, что надо мышеловки ставить, по старинке, — утверждал домовой.
— А Марфа всегда полынь с заговором по углам раскладывала, все мыши уходили сразу, — отвечал с жаром Мирон.
— Да что твоя полынь! Молей только гонять! Я вот тут по телевизору однажды передачу смотрел, так в ней про электро-кота говорили — новые технологии! Чай в двадцать первом веке живем, а ты из деревни приехал и не знаешь, сколько всего человек придумал!
— Что за электро-кот? Что за чудище?
— Это ты — чудище, а я вот все думаю, как мне этого электро-кота раздобыть, а то мыши в подвале совсем распустились!
— Так, может, обычного кота позвать?
— Может и позвать.
— Что у вас тут за спор? — спросила я, войдя на кухню.
— Да вот Афанасий Кузьмич про чудо какое-то рассказывает — про электро-кота, — сказал Мирон.
— Да, хотелось бы проверить эту новинку, я по телевизору видал.
— Если будет время, завтра я заеду в магазин и куплю вам этого электро-кота, испробуете его действие.
— Ух ты! — подпрыгнул Мирон.
— Вот это отлично, хозяюшка, вот так порадовала! — сказал домовой. Глаза его блестели от удовольствия.
— Ну это все завтра, а сейчас давайте спать, а то глаза уже слипаются, — взмолилась я.
Все разошлись по своим местам, Афанасий Кузьмич юркнул под раковину, Мирон свернулся клубком в кресле, а я сладко зевнула в своей кровати. Я и не заметила, как провалилась в сон, или это был не сон. Я очутилась в саду, аромат цветущий деревьев пьянил, увлекал за собой, мне казалось, что я попала в рай, Оглядываясь вокруг, я уходила вглубь сада. Вдруг на встречу мне выпрыгнули две белки, они, сменяя друг друга вели меня за собой. Так я вышла к озеру, его зеркальная гладь завораживала, белки прыгали вдоль озера, я поспешила за ними. Они привели меня к месту назначения и исчезли среди деревьев. Под тенью раскидистого дерева в плетеном кресле-качалке с трубкой во рту раскачивался мужчина. Его вид выражал полное спокойствие и умиротворение. Сладковатый запах дыма его трубки достиг моего носа. Он, казалось, не замечал моего присутствия и продолжал раскачиваться, закрыв глаза. Одет он был на восточный манер — в белые шаровары и свободную хлопковую блузу, четко очерченная бородка подчеркивала его молодость. Он не спешил оставить свои мысли, я растерялась и попыталась привлечь к себе внимание покашливанием, но он даже бровью не повел.
— Извините, пожалуйста, — подала я голос.
Мужчина поднес указательный палец к губам, показывая тем самым, чтобы я не нарушала тишины. Ситуация была дурацкая, я не знала куда себя деть.
— Слышишь, как поет соловей? — услышала я его голос.
— Слышу, — отозвалась я.
Наконец, хозяин сада открыл глаза и посмотрел на меня в упор. Его черные глаза были огромны, и я тут же попала под влияние его взгляда. Они гипнотизировали меня, я почувствовала, что земля уходит у меня из-под ног, а звуки стали глуше. Оцепенение не отпускало. Мужчина улыбался одними глазами, нет, он просто смеялся надо мной и моим бессилием. Связь с реальностью была утеряна, я сопротивлялась сколько было сил, но все равно проиграла. Очнулась я в помещении, мягкий свет от настольных и настенных светильников создавал уют. Напротив меня на софе полулежал мой немногословный собеседник и ждал, кода я приду в себя.
— А ты молодец, держалась, — сказал мужчина, выпуская дым от курительной трубки изо рта.
— Где я? Что происходит?
— Ты у меня в гостях.
— А вы кто?
— А ты еще не догадалась?
— У меня есть предположение, но боюсь ошибиться.
— А ты не бойся.
— Вы Морфей?
— Ты не глупа — это хорошо.
— Зачем я здесь?
— Хотел познакомиться с тобой, я рад, что у Марфы достойная последовательница. Мне нравится твой подход к делу, твоя рассудительность, не продаешь свой талант на каждом углу, — он хлопнул в ладоши и тут же открылись двери, из которых показалась вереница слуг, они уставили небольшой стол между нами разными яствами и у тут же бесшумно удалились. — Угощайся, выпей вина, — мне был протянут серебряный кубок, наполненный красным вином.
Отказаться было неудобно, поэтому я приняла кубок из рук Морфея и немного пригубила напиток. Вино было очень вкусное, а фрукты настолько сочные, что сок стекал по моим рукам. Морфей в подробностях расспросил меня о моей жизни, ему было интересно все. Я посчитала, что нужно быть максимально откровенной, поскольку скрывать что бы то ни было смысла нет.