— Милый, у тебя кровь! — воскликнула она, видя на его брови ссадину.
Наверное, одно из жестких яблок поранило его. Вера тут же достала из сумочки платок и приложила его к засеченной брови.
— Погоди! — велела Вера.
Тут же достав второй платок из кармана, она устремилась к небольшому каменному фонтанчику с водой, вмурованному к стену соседнего дома. Таких фонтанчиков-источников стояло на улицах множество. Как объяснила Ладомира, они служили для питья.
Намочив в прохладной воде платок, Вера вернулась к мальчугану и приложила охлажденный влажный платок к его брови.
— Вы очень добры, госпожа, — сказал он, улыбнувшись ей.
— Как тебя зовут?
— Боян, — ответил мальчик.
— Они сильно побили тебя? — обеспокоенно спросила Вера, осматривая его худое тело.
— Не сильно, — отмахнулся он. — Заживет, я уж привык.
— Привык? — опешила Вера. — Нет, это нехорошо. Где ты живешь? Я отведу тебя к родителям.
— Я сирота, сударыня, — ответил он.
— Как жаль, — пролепетала она.
— Я живу у своего троюродного дяди, он из жалости приютил меня.
— Понятно, — кивнула Вера, и убрала платок от его брови. — Вроде кровь остановилась. За что они тебя так?
— Потому что я бедный и сирота, они меня ненавидят.
— Разве за это ненавидят? — непонимающе спросила она. — Это уж очень жестоко, по-моему.
— Вы правы, добрая госпожа. Они боятся меня, потому и ненавидят.
— Боятся? Отчего же, Боян?
— Думают, что я сын колдуна.
— А это так?
— Да. Но не колдуна, а знахаря. Мой батюшка разбирался в травах и ядах. И свой дар передал мне по наследству.
— Понятно, но думаю, знать травы — это очень полезно. В будущем ты бы мог стать лекарем.
— Я очень хочу им стать, как и покойный батюшка. Знаете, он когда-то служил у самого великого князя.
— Неужели? — удивилась Вера.
— Да, только у прежнего князя Белозара, а не у нынешнего правителя Драгана.
— Ясно, — улыбнулась Вера. — Давай я хоть провожу тебя до дома дяди. Где он живет?
— Недалеко, в конце улицы, он торговец золотыми вещами. Его жилище прямо над лавкой.
— Прекрасно, я как раз направлялась к твоему дяде в лавку. Хочу продать колечко.
Мальчик нахмурился и сказал:
— Но сегодня лавка закрыта, сударыня. Дядя уехал в Орехово на именины к сестре. Он будет только завтра.
— Ах, как жалко, — вздохнула Вера. — Ну что ж, хорошо, что я тебя встретила, Боян. А ты не знаешь, где еще можно продать кольцо?
— Нет, госпожа, не знаю.
— Жаль, значит, пойду к твоему дяде завтра. Ну, давай я провожу тебя домой, а потом пойду к булочнику.
— Не стоит, госпожа. Все равно дом дяди закрыт. Он вернется только к ночи. Мне все равно ждать его на улице.
— Ужас какой-то! — возмутилась Вера, отмечая, что закапал дождь и поднялся холодный ветер. А мальчик был бос. — Что за жестокие люди в этом городе? Почему ты должен ждать на улице? Вон уже дождь начинается.
— Потому что дядя недолюбливает меня и не пускает к себе в дом, если его нет. Живу я только из жалости у него в дальней комнатушке. Мой батюшка перед смертью взял с него клятву, что он позаботится обо мне. Иначе бы он даже на порог меня не пустил.
— Так… — Вера на миг задумалась. — Ты знаешь дом боярина Волкова на Лавандовой улице?
— Знаю, сударыня. Боярышня Ладомира — моя подруга.
— Ах вот как? — обрадовалась Вера. — Значит так, ступай в дом боярина Волкова. Скажешь Мире, что это я тебя послала. Мое имя Вера. Я няня Ладомиры. Обождешь у нас дядю. Нечего на холодной улице до ночи шастать. Я вечером вернусь. Постараюсь принести вам с Ладомирой что-нибудь поесть. Ты ведь наверняка голодный?
— Да.
— Ну, тогда ступай. Скажешь Мире, что я пошла к булочнику работать.
— Хорошо, госпожа Вера, — кивнул довольно Боян.
— Иди поскорее, а то дождь усиливается. Промокнешь весь! — велела молодая женщина и поспешила дальше по улице, собираясь как можно скорее дойти до лавки булочника.
— Как хорошо, что вы вернулись, сударыня! — обрадованно закричал ей булочник, едва Вера вошла в «Кренделя и пироги». Он замахал рукой. — Проходите сюда, пожалуйста!