Вера вновь громко постучала в стену кареты и, чуть приоткрыв дверцу, высунулась немного наружу.
— Эй, мужчина! Остановите! Мужчина! — закричала она кучеру.
Тот резко натянул вожжи и остановился. На удивление Веры, с козел спрыгнула женщина в длинной юбке, сапожках и короткой курточке. Распахнув дверцу, довольно приятная на лицо женщина-кучер спросила:
— Вы что-то хотели, сударыня?
— Я хотела... — запнулась Вера, обращение «сударыня» вызвало у нее недоумение. — Где я нахожусь? И куда мы едем?
— Куда и раньше, в Западный Боровник, в усадьбу бояр Волковых.
— Бояр Волковых? — опешила Вера вконец. — Я чего-то не понимаю?
— Вы новая няня для дочери боярина Волкова Демьяна Ярославовича, — сухо объяснила женщина. — Мне велено доставить вас в их вотчину.
— Но я садилась в такси, и за рулем был мужчина, — начала Вера, ничего не понимая, но женщина-кучер назвала верное местонахождение дома и фамилию Ладомиры.
— У него возникли неотложные дела, госпожа. Не беспокойтесь, я довезу вас до места.
— Но я ничего не понимаю, карета и...
— Вы всегда можете вернуться назад, — заверила Веру женщина-кучер. — Мне велено по первому приказу вашей милости отвезти вас обратно в Томск на Моховую улицу.
— Ах, понятно, — тихо выдохнула Вера.
Она поняла, что эта женщина и карета не плод ее воображения. И кучер в курсе того, что контракт няни может быть аннулирован, если она вернется. Но все было так необычно, и такси стало каретой. Ее что, спящую перенесли в нее?
— Так что же, сударыня, едем дальше или возвращаемся домой? — нетерпеливо поинтересовалась женщина-кучер.
— Едем дальше. Долго еще до Западного Боровника?
— Не очень. Около часа, за тем перелеском и за горой уже будет город. Сейчас мы проезжем селение Южный Ягодник.
С того момента Вера во все глаза смотрела в окно кареты.
Они снова выехали на проселочную дорогу, с зелеными лужайками и лесными массивами вдалеке.
Солнце начало уже клониться к горизонту. Вскоре они въехали в Западный Боровник, о чем свидетельствовала большая надпись на высоком верстовом красном столбе.
Окружающий пейзаж казался Вере довольно необычным. За окном пробегали каменные домишки, в основном двухэтажные, с черепичными синими крышами. Они походили на постройки в средневековом стиле, с белеными стенами и арочными окнами. Разноцветная слюда вместо стекла очень оживляла лаконичный вид домиков. Улочки, по которым проезжала карета, были узкими, но мощеными серым камнем.
По улицам и подобию тротуаров передвигались жители в необычных одеждах. Их стиль походил на наряды конца девятнадцатого века. Но однотонные светлые и темные ткани длинных юбок и платьев женщин украшала вышивка в русском стиле. Славянские приметные орнаменты были и на ярких платках на плечах. Только палатки имели бело-голубую расцветку, похожую на роспись гжелью. Вообще, Вера заметила, что весь местный колорит был выдержан всего в нескольких цветах: белом, синем, голубом и сером. Особенно это было заметно в архитектуре, в невысоких одно и двухэтажных домах, с черепичными синими крышами.
Прохожие тоже были одеты в синие, голубые и белые оттенки. Но иногда у проходящих по улочкам женщин встречались яркие шляпки или платки других цветов, но это казалось редкостью.
Спустя четверть часа, когда они проехали весь небольшой городок, кучер-женщина, остановила карету у небольшой усадьбы с приметной чугунной оградой и белыми столбиками. Проворно спрыгнув с козел, она распахнула дверцу и сказала:
— Приехали, сударыня. Усадьба Волковых. — Возница отошла назад, умело отвязала небольшой чемоданчик Веры на колесиках. И поставила его рядом с молодой женщиной, которая с интересом вертела головой по сторонам. — Ваша поклажа, госпожа.
— Спасибо. Я должна вам денег? — спросила Вера.
— Нет, сударыня. Все уже оплачено. Прощайте!
Невольно оглянувшись на отъезжающий экипаж, Вера медленно вошла в ажурную чугунную ограду. Ворота были открыты. Все еще не в силах прийти в себя от всего происходящего, она прошла по небольшой каменной дорожке, поросшей травой, к двухэтажному добротному дому, катя за собой чемоданчик.