— Я и не знала… Нет, ты не подумай, я без всякой предвзятости…
— Сейчас же прекрати об этом думать, — он фамильярно щелкнул меня по лбу. — Такие мысли не для хорошенькой головки.
Церемония представления проходила как нельзя более скучно. К счастью, еще в самом начале я забронировала себе место около колонны с довольно удобным бордюром, на котором незаметно и просидела почти до конца. Рядом, видимо, смекнув про мою уловку, тут же нарисовался повар. Пусть его, будет хоть с кем поделиться едкими замечаниями, благо тему моего платья мы уже закрыли.
Придворных в зал набилась тьма-тьмущая. Невест внутрь не пускали: каждая должна была войти в сопровождении нескольких человек из своей свиты только после того, как церемониймейстер объявит ее имя. Первыми, естественно, запустят иностранных гостий, а уж потом валом повалят наши. отечественные невесты — те, которых разместили в замке, и те, кому не столь повезло. Перед началом церемонии сваха с опытом бывалого челнока бегала от короля к церемониймейстеру и от церемониймейстера к каждой из невест. Через полчаса таких спринтерских упражнений завитые букольки на ее голове сбились в неровный холмик, а макияж местами начал подтекать, но служительница брачных уз не думала сдаваться.
Наконец, вошел испуганный король, и все согнули спины в церемонном поклоне. Сейчас я завидовала ему меньше всего. Ратмиру II предстоит улыбаться и кивать на протяжении часа, будто игрушечному болванчику. Хотя монархи, наверно, к такому привычны — с детства тренируются.
Первой прошествовала, иначе не назовешь, принцесса Анит из Либерии. По волнению в зале я поняла, что при виде ее половине присутствующих, включая самого короля, захотелось пасть ниц в благоговейном трепете. Так она была величественна.
Ведьмачка изменила своему любимому черному цвету только для того, чтобы прийти в платье цвета свежей крови. Пока она кланялась, министры тайком творили охранные круги и плевали через плечо на с таким трудом начищенный пол.
Надела ли босая принцесса Аска туфли, оставалось только догадываться — ее платье было длинным, и на удивление похожим на нормальное бальное. Остальные гости как по команде склонили головы на бок, желая рассмотреть, не мелькнет ли под подолом голая пятка.
При виде парадного платья принцессы Агнесс хотелось плакать и слать Катону посылки с материальной помощью.
После же выхода посольства из Сабаку мне стало абсолютно наплевать на то, в чем одета принцесса Сора, почему вместе с ней в зал вошла ее собака, и почему никто не объяснил сопровождающим ее кочевникам, что падать ниц перед нашим монархов вовсе не обязательно. Мысли занимал только ярл Амеон и его белый, расшитый серебряной нитью, камзол, так удачно оттенявший загорелую кожу.
— Закрой рот и не пускай слюни, — грубо ворвался голос Кита в мои радужные девичьи мечты.
— Молчал бы уж. Сам сколько бабником прикидывался, а оказалось….
— Работает!
— Что работает? — удивленно спросила я.
— Моя маскировка, — решил снизойти до объяснения рыжий. — Вот смотри, допустим, ты принцесса. Ты видишь меня с Ларкиным, делаешь соответствующие выводы и перестаешь меня опасаться как мужчину. Я тем временем втираюсь в доверие, завожу дружбу, а уж от дружбы до чего-то большего всего один шаг. По-моему — гениально!
Я шумно выдохнула. Похоже, пытаться что-то объяснить этому любвеобильному идиоту будет бессмысленно. Хорошо еще, что он не поставил себе целью завоевание мира — в этом случае методы были бы еще более пугающими.
— Послушай, волк в овечьей шкуре, ты бы хоть принцессу себе сначала выбрал, что ли. Зачем на всех так распыляться?
— Знаешь, какая у меня философия? — задал риторический вопрос великий стратег. — Чтобы найти одну принцессу, надо перецеловать целое болото лягушек.
Я захихикала:
— Да ты романтик. Бородавок не подцепи.
Препирательства пришлось закончить, потому что представляли княжну Стасью. При помощи пива и больной фантазии Ларкин соорудил на ее голове двухъярусный начес, так что низенькая девушка стала на полметра выше и в два раза забавнее. Если это бабочка, то я, пожалуй, предпочту остаться в своем коконе.
При представлении красавицы из Шанхры, король попытался вскочить со своего трона и подать ей руку. Если бы не бдительная сваха, тяжелой дланью придавившая Его Величество к трону, вышел бы небольшой конфуз.
Последней из невест королевской крови в зал вошла царевна Злотоземья, а уж дальше потекли девицы отечественного производства — похожие как одна, и скучные до невозможности по сравнению с иностранными гостьями.