— Что ж, это так. Мы не знали, что так будет, но…
— Принц со мной это сотворил. Он заставил меня… — мой голос сорвался. Гнев прожег меня насквозь. — Что вы все со мной сделали?
— Мы спасли тебя…
— Что вы со мной сделали? — закричала я.
Его глаза расширились.
— Мы не… мы не знаем, Айви.
Я не могла в это поверить. Смерть — отстой. Да. Агрх. Но они заставили меня питаться против моей воли… питаться Реном, и это превратило меня в Бог знает что? К горлу подступила тошнота. Как я теперь буду смотреть на Рена?
Как я смогу снова смотреть на себя? Быть Полукровкой — это не то, с чем я полностью смирилась, а теперь еще и это? Я не могла… я не могла с этим смириться.
— Все будет путем.
— Убирайся, — прошептала я.
— Айви, — пробормотал он.
Сокрушительная ярость и горький страх вихрем закружились внутри меня, подпитываясь силой, о которой я и не подозревала. Я подняла левую руку, разрывая сковывающие меня узы пополам.
— Обалдеть, — Динь вскочил, прижимая Диксона к груди, и отступил от кровати. — Айви…
Разорвав ткань вокруг другого запястья, я села и повернулась к Динь.
— Немедленно убирайся с глаз моих долой.
Динь замер на мгновение, а затем ретировался, выйдя из комнаты.
Я не могла ни сидеть, ни лежать в этой кровати. Мои мысли мчались наперегонки с сердцем.
Что они со мной сделали?
Дрожащими руками я разорвала путы вокруг лодыжек и спустила ноги с кровати. Я стояла босиком, с удивлением обнаружив, что голова у меня не кружится. Подняв левую руку, я впервые заметила красный, ужасный шрам. Такой же шрам был и на моей ладони. Сжав ладонь, я с легкостью вспомнила об ослепительной боли из-за ветки, пронзившей мою руку.
Теперь было даже не больно.
Нельзя было не заметить мерцание, когда я повернула руку и поймала мягкий свет. У меня упало сердце. Тысячи вопросов посыпались на меня, но я уже знала, какими будут ответы.
Может быть, я слишком много забрала, и это изменило меня?
Кто знал, что такое возможно? Никто. Или, возможно, все они знали, просто не сказали мне.
Фонтан эмоций вырвался вверх, закупоривая мое горло. Я крепко зажмурилась. Я не могла в это поверить. Вдобавок ко всему, я была сейчас…
Я не знала, кем.
Судорожно вздохнув, я открыла глаза. Мой взгляд скользнул по комнате. Стены были голыми, но справа от меня была ванная комната. Я поспешила к ней, включив свет.
Я остановилась перед овальным зеркалом над фарфоровой раковиной, не обращая внимания на спутанные рыжие локоны.
— О, Божечки, — прошептала я.
Здесь свет был ярче, и когда я подняла подбородок, блеск моей кожи усилился. Мое лицо выглядело так, будто я взяла один из этих высококлассных хайлайтеров и размазала его по всему лицу.
Именно так я обычно выглядела, когда пыталась сделать лицо скульптурным.
Но Динь был прав. Это было не так заметно, не для незнакомца или нормального человека, который понятия не имел, что фейри существовали взаправду, но для меня?
Было заметно.
Но это было еще не все. Мои черты были такими… острыми. Более утонченными. Опять же, это было не совсем заметно, но мое лицо стало другим.
Схватившись за раковину, я наклонилась и уставилась на свое отражение. Там, где я получала удары, от которых должны были остаться следы, остались лишь слабые синяки. На нижней губе у меня было маленькое красное пятнышко. Едва заметный багровый синяк на моей челюсти.
Как будто прошли недели с того боя, в котором мне надрали задницу. Драка, с которой я должна была справиться одной связанной за спиной рукой, но мне надо быть честной с самой собой.
В моей голове творился хаос… и это продолжается до сих пор. Я неправильно питалась и особо не спала. Я была слаба, и посмотрите, что это дало мне?
Две колотые раны и даже больше.
Были ли мои глаза бледнее? Они всегда были светло-голубыми, но они были почти… теперь они переливалась, стали ярко бледно-голубыми на фоне черноты моих зрачков.
Подняв дрожащую руку, я откинула волосы назад и повернула голову в бок.
Я ахнула.
Кончики моих ушей были определенно заостренными. Ничего экстремального, и опять же, нормальный человек, вероятно, не заметил бы этого, но это были не мои уши.
Это была не моя кожа.
Отбросив волосы, я повернулась к зеркалу и оскалила зубы. Обычные. У меня вырвался вздох облегчения. По крайней мере, они не выглядели странно заостренными, как у большинства фейри.
Дверь в комнату открылась, и я резко обернулась. А что, если это Рен? У меня скрутило живот. Я не была готова к встрече с ним. Я не знала, буду ли когда-нибудь готова увидеть его, но я…