— Айви? — раздался голос Фэй.
Определенно не Рен. Волна разочарования захлестнула меня. Я не хотела его видеть, и все же какая-то часть меня, где-то глубоко внутри, хотела, чтобы это был он. Та же самая часть меня хотела, чтобы это был Рен, сидящий там, ожидая, когда я проснусь.
Раньше между нами было что-то непонятное. Теперь станет чертовски неловко… если вообще что-то осталось.
Вздохнув, я вышла из ванной. Фэй была одна, уставившись на кровать и, вероятно, на разорванные повязки.
Гнев вырвался наружу.
— Ты применила ко мне принуждение.
Фэй вздернула подбородок.
— Я не хотела этого делать. Поверь. Я знаю, что с тобой сделали, пока ты была с принцем. Я им так и сказала. Они не хотели, чтобы ты умерла.
Я вспомнила ее нежелание и угрозу Динь.
— Возможно, позволить мне умереть было правильным решением.
— Айви, ты не можешь так считать. В действительности.
— Ты не знаешь, что я чувствую, — парировала я. — Ты не имеешь ни малейшего понятия.
На мгновение она замолчала.
— Ты совершенно права. Позволить тебе умереть было бы проще. Это определенно решило бы проблему с принцем. Хотя бы временно.
Я скривила губы.
— Мне казалось, ты говорила, что каждая человеческая жизнь ценна.
— Так и есть. — Она подошла к стулу и села. — Но то, что я заставила тебя сделать, было неестественным. То, чем ты стала, неестественно.
Я резко втянула воздух.
— Ну, это заставляет меня чувствовать себя намного лучше.
— Я не пытаюсь заставить тебя чувствовать себя хуже.
— Тогда тебе стоит лучше стараться, — отрезала я.
Ее плечи напряглись.
— Я знаю, что ты расстроена. Я понимаю. Я сочувствую, но что сделано, то сделано. Ты жива.
— Какой ценой? — спросил я, подходя к ней. — Ты даже не знаешь, кто я.
Ее взгляд скользнул по мне.
— Я предполагаю, что кормление, пока ты была с принцем, и это последнее запустило ту часть тебя, которая является фейри, делая ее доминирующей. Должно быть, поэтому в тебе стало больше фейри… того, что нас характеризует. Какие бы гены фейри не были в тебе сейчас, они просто сильнее. Я не знаю, что это делает с тобой, но ты не совсем фейри. Ты все еще Айви.
Смотря на мерцание моей кожи и на заостренные уши, я не чувствовала себя Айви.
— И ты знала, что это произойдет?
— Я никогда такого не видела, но знала, что это возможно. В тот момент я об этом не думала. Я спасала тебя, как требовали Рен и Динь. — Она сделала паузу. — Как ты себя чувствуешь? Голодна?
Я проигнорировала вопрос.
— Где Рен?
Ее ресницы опустились.
— В настоящее время он допрашивает всех фейри в этом здании, чтобы выяснить, имеют ли они какое- либо отношение к нападению. Он не здесь не потому, что мы хотели убедиться, что это безопасно для него. Что-что, а потребовалось абсурдное количество времени, чтобы убедить его в этом.
Отвернувшись, я запустила руку в свои грязные, сальные волосы.
— Он…
— Он в порядке, — сказала она гораздо тише. — И не похоже, что ты нападешь на него, так что он будет здесь, как только я скажу ему, что все хорошо.
Я закрыла глаза, глубоко вдохнула и задержала дыхание.
Фэй на мгновение замолчала.
— Я знаю, что ты злишься на него… на всех нас, но он сделал это, потому что любит тебя.
Но будет ли он все еще любить меня, когда увидит? Как только он поймет, что я все больше и больше превращаюсь в фейри? Неужели однажды он действительно подумает о том, что наделал, позволив мне питаться от него, как сука Брина?
— Айви?
Выдохнув, я открыла глаза. Комок страха подступил к горлу.
— Я изменилась. Это очевидно. Но вы все не знаете насколько. Например, нужно ли мне теперь кормиться?
— Ни один фейри не нуждается в кормлении, чтобы выжить, Айви. Это выбор. Ты можешь жить нормальной жизнью, но ты можешь стать сильнее, чем раньше. Возможно, есть и другие вещи, которые изменились. Дело в том, что у нас действительно не было такого прецедента. В первую очередь не то, чтобы было большое количество Полукровок. Я знаю только одного или двух, которые питались людьми, и те Полукровки жили в Мире Ином. У нас есть только записи об их существовании. Они изменились, как и ты.
Я повернулась к ней лицом, когда ее слова заняли центральное место.
— Какие другие вещи?
Фэй посмотрела на пустую кровать, а затем ее бледный взгляд встретился с моим.
— Ты помнишь, как я говорила с тобой насчет… пристрастия?
Все во мне замерло. Я планировала поговорить с ней об этом, но меня вроде как зарезали.