— На тебе больше не лежит груз пророчества. Твоя судьба свершилась. Ничто не держит тебя. Если у тебя есть жалость, оплакивай тех, кто отправился к Предкам, сражаясь за народ данмеров. Но слезы должны высохнуть! — с каждой фразой речь Азуры становилась все более торжественной и вдохновенной. — Болезни больше нет! Солнце ласкает своими лучами землю! Да здравствует Спасительница, Наставница, Воплощенная и Нереварин! Бед и врагов еще много, но твоя неукротимая воля избавит Морровинд от всех напастей! Мы благодарим и благословляем тебя!
Мерида слушала эту проникновенную и вдохновенную речь, и ее сердце наполнялось смешанными чувствами. Гордостью — оттого, что, казалось бы, еще когда-то давно данмерка была беспамятной бывшей заключенной, которая начинала жизнь с нуля после освобождения из имперской тюрьмы, а теперь она, Мерида, воительница Дома Редоран — Наставница и Нереварин, Героиня Морровинда, победительница Дагота Ура и спасительница своего народа. И радостью — оттого, что с гибелью Дагот Ура Мерида, да и остальные жители Морровинда тоже могли спать спокойно, не опасаясь, что им будут сниться кошмары, которые посылал в их сны Дьявол, а над Красной Горой теперь было чистое голубое небо.
Мора больше не было. Морровинд был освобожден от гнета Дагот Ура и его слуг. Пророчество о Нереварине свершилось, и исполнила его рыжеволосая данмерка, рожденная неизвестными родителями и проведшая свое детство и юношество в пепельных землях Эшленда.
***
Что же дальше ожидало редоранскую воительницу, одержавшую победу над Дагот Уром?
В любом городе, в любой цитадели — от Призрачных Врат до Балморы, от Вивека до Альд’руна, от Садрит Моры до Сейда-Нин — везде Мериду ждала слава, почести и дифирамбы. Ее сородичи, особенно братья и сестры по оружию из Дома Редоран, были рады приветствовать лорда Неревара, возрожденного в женском обличье, «под этим солнцем и небом». Ординаторы, когда-то относившиеся к Мериде свысока и называвшие ее, как и любого простолюдина или гостя в Вивеке, ничтожеством, теперь, когда редоранка в эбонитовой броне и с клинком Неревара, закрепленным за спиной, шагала по улицам кантонов величественной столицы Вварденфелла, салютовали ей эбонитовыми булавами, и некоторые из них даже провозглашали:
— Слава Альмсиви! Слава Нереварину! Дьявол мертв, а мора больше нет!
Герцог Ведам Дрен в Эбенгарде без единого вопроса выдал Героине Морровинда разрешение на постройку крепости Редоран в эшлендской области Бал Исра, и это разрешение было в альд’рунском Зале Совета передано Гальсе Гинду, которой до того еще давно Мерида отдала шесть тысяч дрейков, чтобы Гинду могла и материал раздобыть, и прораба нанять, как ответственного за постройку крепости.
Советник Атин Сарети же в качестве награды за победу над Дьяволом объявил свою протеже Мериду новой Архимагистрессой Дома Редоран вместо погибшего в поединке Болвина Венима.
— Serjo, Архимагистрессе Редоран полагается свое поместье, — не преминула сделать замечание данмерка-аристократка в вычурных одеяниях.
— И оно у нее будет, — согласно кивнул Атин. — Не скоро, конечно, но будет. А пока, Нереварин, — он снова повернулся к Мериде, — можешь немного попутешествовать. Народу Морровинда не терпится взглянуть хоть одним глазком на свою героиню.
Пока строилась крепость для Архимагистрессы Дома, та между тем отправилась в путешествие по Вварденфеллу — искать новых приключений на свою голову. Где она только не бывала — и в Призрачные Врата возвращалась, чтобы навестить давнюю подругу Нелору Ретеран, которая, к слову, была очень рада и горда за свою соратницу, ставшую Героиней Морровинда; и в Кальдере навещала скампа-торговца Ползуна, которому за кругленькую сумму в дрейках продала костяную броню и свое старое оружие — стальной длинный меч и костяной длинный лук… Побывала Мерида также и на холодном острове Солстхейм, что к северо-западу от берегов Вварденфелла. Правда, практически единственным, кто ей запомнился там, был молодой норд в коричневой робе и в белом коловианском меховом шлеме. Жил он в хижине, где торговал не чем иным, как наркотиком — лунным сахаром. И при этом напевал глупую детскую песенку:
— Конфетки, конфетки, какой аромат! Дядюшка Сладкая Доля — просто маг! Он уходит, уходит в свой домик в снегах! Где фонарики светят, и горит очаг! Хе хе, ха хо! Хи хи хи, ха хо!
Также в одной из ледяных пещер Солстхейма Мерида лицезрела весьма странную картину. Скелет неизвестного n’wah висел на потолке, с которого свисали большие сосули, как сталактиты. А под этим скелетом в ледяную глыбу был воткнут зачарованный на ледяную магию меч. По какой-то древней легенде, тот бедолага, застряв во льду, не смог дотянуться до своего меча, да так и остался висеть там, пока не умер…
К тому времени, когда дорога приключений привела Воплощенную обратно на Вварденфелл, ее крепость в Бал Исре была готова. В качестве охраны для своего поместья новая Архимагистресса Дома призвала нескольких стражников и стражниц из альд’рунского района поместий, а также для патрулирования Бал Исры была избрана данмерская воительница из редоранского кантона в Вивеке. Само же поместье Мериды представляло собой большой двухэтажный дом. На верхнем этаже была приемная и кладовая, на нижнем же располагалась трапезная, а также личные апартаменты Архимагистрессы Дома Редоран. В ее комнате у левой стены стоял стол с креслами и комод с одеждой. С противоположной стороны стояла широкая кровать с одеялом красного цвета, а рядом с кроватью — шкаф, на полках которого стояло несколько книг и было разложено оружие.
Именно здесь Мерида отныне жила. Именно в этой комнате она собирала некоторые особые артефакты, которые находила во время своих странствий, в том числе и тот самый меч, найденный на Солстхейме. Девушка даже привела в поместье маленького скриба, которого она подобрала где-то на просторах Вварденфелла и поманила за собой. И имя она дала ему весьма замысловатое — Ваба-амус.
С самого детства у нынешней Воплощенной не было нормального крова, а трактир Аррилла в Сейда-Нин стал для данмерки тогда, в день ее полноценного освобождения из тюрьмы, временным пристанищем, и то на один раз. Теперь же Мерида, уже будучи всенародной героиней и главой Дома Редоран, наконец обрела свой дом — свою собственную крепость, где она заклинанием сделала новую пометку. Ее поместье стало дорогим сердцу местом, куда она могла в любое время возвращаться из долгих пеших походов.
Что касается Империи, то ее дни близились к концу. Из Киродиила до имперцев в фортах Вварденфелла стали доходить новости, что Император Уриэль Септим заболел и, возможно, даже скоро умрет. А законных наследников у него не было, и, как следствие, каждый из приближенных Императора намеревался урвать себе кусок побольше.
Но Мериду, да и народ данмеров в целом, не заботило туманное будущее Империи Септимов. После того, как созванные в Киродиил имперские легионы покинули Морровинд, Дом Хлаалу, члены которого всецело поддерживали интересы Императора, был исключен из состава Великих Домов Морровинда, а данмеры объявили свою страну независимой от Империи целиком и полностью.