- Но почему вы сразу не сказали, - возмутился Дима.
- А ты мне бы поверил? – вопросом на вопрос ответил старик.
Нет, конечно. Куда там. У Димы свое неприкосновенное мнение.
- Вот видишь, - мягко подытожил Виссарион. – Время такое. Дети пока не ошибутся – не поверят и не примут в серьез твоих намерений.
- Что вы имеете в виду? – прищурившись, спросил Дима.
- Ну, знаешь ли, после твоего видения, я заподозрил, что неспроста это все, - начал Виссарион, наблюдая за мальчиком. – Но, собрав некие доказательства, я убедился – ты мой внук, а значит прямой потомок деда Еремы. Не смотря ни на что.
- Ну и что теперь? – пренебрежительно отмахнулся Дима.
- Ничего, - в таком же тоне ответил Виссарион. – Если такой разговор пошел, ты сам все поймешь. Зачем мне утруждаться.
- Что? – опешил Дима.
- Займись изучением всего, что связано с НАМИ, - приказным тоном ответил Виссарион, не давая мальчику сказать ни слова поперек. – Найди инструктора по Лесной жизни в подвальном помещении, где брал Жемчуг.
В дверь постучали, и не дожидаясь приглашения, вошел Виктор. Красное, озабоченное лицо сообщало – что-то случилось.
- О, Виктор! Ты мне нужен, как никогда! – воскликнул Виссарион, шустро вставая с дивана. – Дима, можешь идти. Когда будет что-либо известно, - немедленно позову тебя.
Виктор посторонился, пропуская мальчика. Дверь за ним закрылась, только его ноги переступили порог. Но слышимость оставалась, пока Дима не отошел от кабинета метров на пять.
- У нас чрезвычайная ситуация! Быстро созывай группу! – эхом донесся голос Виссариона.
- Вы опять идете на поводу своего внука? Детям нельзя много позволять…
- Виктор, что за вздор! Пропала моя дочь…
Больше Дима не слышал ни слова потому, как пришлось покинуть место пребывания. Иначе ему бы досталось за подслушивание от Гризельды. Девушка лениво смахивала перьевой кисточкой пыль с коридорных ламп. Откуда она взялась здесь в такое время, Дима не хотел знать. У него не выходило из головы – он внук Виссариона, лесника, который может многое. Внук и родственник самого деда Еремы, который всю кашу заварил и создал границы, где пропадают люди и никогда, возможно, назад не вернутся. Для мальчика, двенадцати лет от роду, это был крайний УЖАС! Ему стало жалко всех путешественников. Но закон Леса был принят задолго до него, и он ничего изменить не мог. Диме было от этого не по себе. Ему никак не удавалось осмыслить - в Мраморном Доме уже все знают, кто он такой.
Подвальное помещение не изменилось с момента последнего визита Димы. Он поискал двери, за которыми должен находиться неизвестный до сей поры инструктор. В голову пришла мысль, попробовать дверь с зеленым светом. Все может быть. Дима уверено пошел прямо по коридору. Но, дернув ручку заветной двери, открыть не смог. Повернувшись вокруг своей оси, Дима растерялся. Перед его выбором оказалось, как минимум пять дверей. Куда идти? Ответ пришел сам собой прямо по лестнице. Никита нес стопку книг. Увидев Диму, выронил все книги.
- Как ты тут… Что ты делаешь здесь? – от неожиданности, он начал говорить беспорядочно.
- Инструктора ищу, - прямо ответил Дима, но ему было не комфортно, - он не попрощался с ребятами, когда уходил. Даже не оповестил их о своем прибытии. Ясное дело – свои интересы. Ну, будьте добры! Дима от стыда был готов сквозь землю провалиться.
- Решил, все-таки, остаться? – подозрительно спросил Никита, присаживаясь на корточки, чтобы подобрать книги. – Говорили же тебе…
- Знаю, - перебил его Дима, наклоняясь за очередной книгой и складывая в стопку на полу. – Я вернулся потому, что родители пропали.
- Как это? – переспросил Никита, чуть не разрушив строение из книг. – Что случилось? Расскажешь?
- Да, - неохотно ответил Дима. И коротко изложил свою историю. Никита слушал, не говоря ни слова. Но после того, как рассказ был окончен, он высказал свое мнение.
- Признайся, что вернулся не только из-за семьи. По-другому быть не могло. Ты мог умереть, силы твои были на исходе.
Возможно, Никита прав. Действительно было плохо, любой бы пошел на возращение ради лекарства.