- Даш, без тебя мы не справимся, - уже без натиска, более спокойно проговорил Никита. – Что не говори, а своих не бросаем.
Марина сидела с каменным лицом, ожидая решения подруги. Дима не сомневался, что Даша согласится. Он верил ей, почему-то.
- Я попробую, - дрогнувшим голосом ответила Даша. – Только после всего, ключ сразу верну.
- Он нам «после» и не нужен, - улыбнулся Никита. – Вот и замечательно. В дорогу?
- Если сбор еще не прошел, после последнего дождя, в чем я сильно сомневаясь, - фыркнула Марина, придя в себя. – А дожди кончились два месяца назад.
- Марина, редкие бусины бывают и от снега, когда оттепель, - пробурчала Даша, собрав все свое мужество в кулак.
- Будем действовать сплоченно, тогда что-то у нас выйдет, - твердо сказал Никита.
Не откладывая дело в долгий ящик, Даша быстро воплотила в жизнь задумку Никиты. Пока Валентина Петровна отлучилась, и ее вещи остались без присмотра, девочка проскочила в комнату мамы. В столе приоткрыла ящик и, покопавшись в женских мелочах, нашла ключик в форме пятиконечной звезды. Дальше пришлось ждать, пока стемнеет и Солдаты сменятся. Те, которые со службы – будут спать непробудным сном от усталости.
За окнами сумерки окутали верхушки Леса. Скоро настанет ночь. А пока есть время поужинать, так сказать, на дорожку. Никита изъявил дикое желание к сему действу. От переживаний у Димы тоже проснулся голод. Девочки нехотя пошли следом за ними в столовую.
Солдаты Леса, перед сменой караула, все проходили через столовую. И ребятам было удобно следить за их передвижением. Девочки взяли по стакану кефира, а мальчики еще прихватили себе бутербродов. Даша с Мариной зло косились на тарелки, но ни у одной рука не дрогнула.
- Пора! – оповестил Никита, когда на часах в опустевшей столовой большая стрелка медленно доползла к цифре десять.
- Эй, выходите, давайте! – устало крикнула на них повар, закрывая помещение кухни. – И так, последняя ухожу всегда.
Полная женщина в белом колпаке вытолкала компанию из столовой и закрыла дверь, что-то недовольно бурча напоследок.
- Вечно она чем-то не довольна, - заметила Марина, когда они спустились в холл.
Проходя мимо картины, Дима остановился, всматриваясь в пространство за девушкой. Далеко в темно-синих кустах, почти на горизонте, был пень. На нем стоял маленький горшочек синего цвета. В нем было что-то настолько мелкое, что сливалось в одно сине-голубое пятнышко. Как он раньше не разглядел, что кустарники там не просто так. Они полумесяцем обступили пень, будто скрывая горшочек от посторонних глаз. Внезапно монетки полыхнули голубым свечением.
- Вы это видели? – воскликнул Дима и от переизбытка эмоций начал подпрыгивать на месте. – Вы видели?
- Что случилось? – не поняли девочки, подходя к Диме, которого распирало от радости.
- Горшочек…Он…он засветился! Такого… раньше не было? – с надеждой воскликнул Дима, показывая рукой на изображение.
- Тебе показалось, - скептически заметила Марина. – Ты сильно переволновался.
- Когда думаешь о чем-то постоянно, воображение само начинает фантазировать, - сказала Даша, положив руку на плечо Димы.
- Я точно видел, - с грустью ответил он.
- Пойдем? - улыбнувшись, позвала Даша.
Озадаченный Дима, не понял, когда она взяла его за руку, и повела дальше к лестничной площадке. Но опомнился быстро, увидев, как Марина переглядывается с Никитой. Выдернув руку, он пошел вперед вниз по лестнице. Еще не хватало, чтобы Даша уделяла ему столько внимания. Он не глупый и догадался теперь, для чего она похудела. Его школьные друзья говорили, что девчонок нужно остерегаться, во избежание катастроф, которые приводят к нескончаемым девчоночьим истерикам.
В подвале царила полная тишина. Ребята не сомневались – здесь не было ни души. На цыпочках подойдя к комнате выдачи Жемчуга, Даша дернула за ручку – закрыто. Она достала из кармана ключ-звездочку и пошла к маленькой двери, где однажды исчез Виктор. И вставила маленький предмет в замочную скважину. Послышался механический треск, следом звук, будто сотни часовых маховиков, разнесся по мраморному коридору.
- Надеюсь, внутри – никого, - голос Даши дрожал. Она пропустила Диму перед собой. По ней видно, - она не придала значения его отстраненности.