Выбрать главу

- Ночь на улице. Все спят, - уверенно сказала Марина. – Лабиринт охраняется дверным механизмом и в людях не нуждается. Вход и выход, слышала, только один.

Это были ее последние слова перед тем, как ребята оказались по ту сторону двери. Их взору предстало что-то невероятное. Огромное помещение, нет, даже не просто помещение, а исполинская пещера, простирающаяся в разные стороны на километры, уходя вглубь полумрака. Зеленоватый свет исходил от бузинных цветков-зонтиков, которые вполне по силе освещения могли заменить лампочки в Доме.

 Насколько Дима видел, бузина росла в почве рядами, которые, пересекая друг друга, создавала запутанный лабиринт живой изгороди. Диме на нос упала капля воды, и он рефлекторно поднял глаза вверх. Свод пещеры – торчащие коряги лесных деревьев, плотно окутанных землей. По ним скатываются серебряные капли воды и срываются вниз на листья цветущей бузины. Яркие зеленые искорки, падали с листьев на землю и кучками собирались у корней. Секунды требовались, чтобы искра потухла и на ее месте осталась идеально круглая Зеленная Жемчужина.

- Ну, вы знаете, что делать, - властно сказала Марина. – Берем, кто, сколько сможет унести. Лучше иметь запас, чем вообще ничего.

- Я такого еще не видел, - восхищенно прошептал Дима и пошел собирать бусинки за бусинками, наполняя карманы штанов и кофты.

- Далеко не заходим, - предупредил Никита. – Мы не знаем, как выбраться отсюда, если заблудимся. И никому не советую проверять.

Никита держался девочек, а Дима был чуть в сторонке. Они не хотел быть ухваченным кем-то за руку.

Заполнив все свободное место, ребята единогласно решили – набрали вполне достаточно, и хватит не на одну картину. Тем более той девушке не дашь больше восемнадцати.

- А мало ли? Внешность бывает обманчива, - сетовала Марина, выходя из Лабиринта за Никитой с Димой. Даша, положив в подол платья последнюю бусину, вышла за всеми и заперла дверь, еле удержав свой нехитрый сверток.

 

15 глава Кровь за спасение

- Вот вы где? Я вас обыскался!

Неожиданное появление Антона заставило всех застыть. Он встретил их на первом этаже, когда ребята только успели выйти с лестничного пролета.

- Антон, тише! – взмолилась Марина.

- Как черт из табакерки, - под нос пробубнила Даша, но Дима услышал и про себя хмыкнул: «Точно!».

- Где вы были? Что там? – не отставал Антон, заглядывая к Никите в руки, сложенные лодочкой. – Жемчуг? Зачем столько? Что вы задумали?

Прищурив глаза, он оглядел торчащие в разные стороны карманы, и свернутые подолы юбок Даши и Марины.

- Интересно, кто вам разрешил взять столько? – с подозрением произнес он и, остановив глаза на Диме, прошипел: - Это ты их подбиваешь на преступление?

- Успокойся, Антон, - попросил Никита. – Никто никого не ведет на преступление. Чего ты?

Еще сильнее сузив глаза, Антон гневно сверлил Диму, который не понимал причину его поведения. В Мраморном Доме у Димы не было провалов ни во времени, ни в памяти, потому точно знал – Антон ведет себя бессмысленно и глупо, ведь он не мог без причины его обидеть.

- Вы ему решили помогать? Зря! Он походит по Дому, как напыщенный павлин, важная персона все-таки – внук Виссариона. А потом опять след его простынет! – возмущенно изрек Антон, переводя сердитый взгляд с одного на другого. – А вы будите отвечать за это…

И пальцем ткнул сверток Даши.

- Отстань! – воскликнула она, отшатнувшись  в сторону. По неосторожности наступив на ногу Диме. Он поморщился от боли, но ничего не сказал. Его начал бесить Антон, внутри закипал вулкан. Если бы не Никита, который во время вмешался  нарастающую перепалку.

- Хочешь, пошли с нами. Если нет – уйди. Мы сами будем решать, что и как делать.

Девочки, ухмыляясь, переглянулись.

- Вот еще! – сердито крикнул Антон, топнув ногой. – У меня, в отличие от вас, голова на плечах.

- Конечно, а ведешь себя, как пятилетний ребенок, - с вызовом сказала Марина.

Ее слова были последней каплей в море эмоций Антона. Он покраснел, как рак, буравя Диму взглядом, полным ненависти.

- Вы еще пожалеете! – пригрозил Антон. – Я понял, что вы задумали.

И, развернувшись к лестнице, убежал на второй этаж, громко топая от злости.